Главная  //  Охотничьи звери и птицы  //  Лебедь. Охота и рыбалка в России

Охотничьи птицы и звери

 

НАЗАДОГЛАВЛЕНИЕВПЕРЁД

ЛИСА

ЛИСИЦА ОБЫКНОВЕННАЯ (Vulpes vulpes)

  • имеет почти такие же зубы, как собаки и волки, но отличается от них более длинным туловищем, удлиненной головой, очень острой мордой, немного вкось расположенными глазами с продолговатым зрачком; ноги у нее короткие, а хвост очень длинный и пушистый. На черепе лисицы нет столь высоких гребней для прикрепления мускулов, как у собак, и надбровные возвышения лобной кости расположены почти вертикально, немного изогнуты и лежат в небольшом углублении.
    Обыкновенная лисица, без всякого сомнения, одно из самых известных диких млекопитающих, живущих у нас в Европе. Едва ли какое-нибудь животное, разве только шакал, может похвалиться такой известностью и даже дурной славой, как лиса, которую обыкновенно считают олицетворением лукавства, хитрости, коварства и даже некоторого удальства. Длина тела достигает 1,4 м, из которых 50 см приходится на хвост; высота в холке 35, редко 38 см, вес тела 6,5—8 и только иногда достигает 9 кг. Голова у нее широкая, лоб плоский, морда круто суживается, длинная и на конце острая. Глаза посажены косо, а уши, внизу широкие и на конце острые, всегда торчат кверху. Туловище от густого меха кажется толстым, но на самом деле тонкое и мускулистое. Лапы короткие и тонкие, хвост длинный и очень пушистый. Однако лисицы заметно отличаются одна от другой по цвету. Самый красивый рыжий мех у северных лисиц, но и они не все одинаковы. Чем дальше на юг, тем лисицы становятся мельче, слабее, и ярко-рыжий цвет постепенно исчезает.
    Лисица живет в большинстве стран Северного полушария: во всей Европе, Северной Африке и Западной и Северной Азии.

Русская охота.- Изд.: Эксмо, 2011.

Альфред Брем

 

 

Так как волк — один из основных ее врагов, то лисицы никогда не размножаются очень сильно в тех местностях, где эти хищники господствуют, и по мере истребления волков, как правило, увеличивается число лисиц.

 

Свое логовище она устраивает, роя глубокую нору с несколькими выходами, которая помещается под камнями, между корнями больших деревьев или в других удобных местах. В глубине норы лисица всегда выкапывает довольно просторное углубление. Если лисица находит оставленную нору барсука, она поселяется в ней и даже живет с ним иногда в одной норе. Почти все большие лисьи норы выкопаны барсуком. Лисица любит такие норы, которые расположены на склоне холмов, так, чтобы ходы направлялись наклонно вниз и постепенно отдалялись от поверхности земли. На плоских равнинах углубление в норе бывает иногда расположено очень близко от поверхности земли.

 

Осенью и зимой, особенно в плоских местностях, лисица часто живет под кучей хвороста или под камнями, а иногда устраивает свое логовище в дупле старой ивы или просто в ямке под густыми кустами. Во время морозов, бурь, проливных дождей, а летом во время сильной жары лисица почти все время лежит в своей норе; она не покидает ее, разумеется, также и в тех случаях, когда у нее появляются детеныши. В хорошую же погоду она рыскает за добычей по окрестностям и засыпает там, где ее застала ночь. В теплых и пустынных странах, где мало леса, например в плодородной части Нижнего Египта, лисицы роют норы только для своих детенышей. В остальное же время они живут на поверхности земли под открытым небом.

 

Лисица охотнее всего отправляется за добычей по ночам, но в ненаселенных и спокойных местах охотится и днем. Во время длинных дней летних месяцев можно встретить в лесу лисицу с лисятами за несколько часов перед заходом солнца, а во время морозов и когда землю покрывает глубокий снег, она, по-видимому, спит только рано утром, так как уже с десяти часов утра рыскает по полям за добычей. Точно так же, как собака, лисица очень любит тепло: в хорошую погоду она часто ложится на толстый ствол дерева или на камень, чтобы погреться на солнце и поспать часок-другой под его палящими лучами.

 

С наступлением сумерек или даже в вечерние часы лисица отправляется за добычей. Она по возможности не покидает чащи леса и если бежит через полянку, то только в том случае, когда отдельные кустарники или большие камни дают ей возможность спрятаться и на открытом месте. Опытные охотники очень хорошо знают повадки лисицы и потому почти всегда угадывают, по каким тропинкам (лазам) она должна пробежать из одной части леса в другую, причем, однако, следует иметь в виду. что вечером она избирает себе другой путь, чем днем, и в солнечный день бывает осторожнее, чем при облачном небе.

 

Добыча лисицы состоит из всевозможных животных, начиная от молодой косули и заканчивая майским жуком, но чаще всего она поедает различных мышей, составляющих главную часть ее пищи. Она никого не щадит, усердно гоняется за зайцами и кроликами и даже нападает на маленьких косуль и оленей. Она не только съедает яйца и птенцов тех птиц, которые гнездятся на земле, но ухитряется иногда схватить и саму птицу, застав ее где-нибудь врасплох. Для того чтобы добраться до птиц, гнездящихся около воды, лисица переплывает на острова и ходит по топким болотам: известны случаи, когда она загрызала лебедей, сидящих на яйцах. Очень часто нападает она на домашних птиц, особенно в ночное время. Особенно активно разбойничает лисица, которая должна прокормить своих детенышей. Мышами их досыта не накормишь, и потому лисица в это время охотится за более крупными животными. Она предпочитает всевозможную мелкую дичь и любит при этом некоторое разнообразие в пище. В больших садах и виноградниках лиса, наверно, является более частым гостем, чем обычно думают. Там она ловит кузнечиков, майских жуков и их личинок, дождевых червей или лакомится сладкими грушами, сливами, виноградом и другими ягодами. Она ловит в реках форель или неосторожного рака, а на морских побережьях ворует добычу у рыбаков, опустошая их сети, точно так же, как в лесу — силки охотников.

 

Во время охотничьих походов лисица первым делом заботится о собственной безопасности. Лисица бегает быстро, неутомимо. Даже хорошие охотничьи собаки редко бывают в состоянии догнать ее. При быстром беге она держит свой хвост (по-охотничьи — трубу) навытяжку, откинув его назад; при ходьбе же волочит его по земле. Когда лисица подстерегает добычу, то плотно прижимается брюхом к земле; когда же отдыхает, то нередко, подобно собаке, укладывается, свернувшись, на бок или даже на спину; очень часто она сидит, совершенно как собака,— на задних ногах, и при этом забрасывает свой пушистый хвост к передним ногам. Воды она нисколько не боится, напротив того, плавает очень легко и быстро. Лазать она тоже мастерица: не раз идели лисицу, сидящую очень высоко на удобно расположенных ветвях дерева.

 

Лисицу нельзя причислить к общительным животным, 11 этим она отличается от волков. Хотя нередко можно встретить несколько лисиц в одной и той же роще, даже в общей норе, но в большинстве случаев их соединяет только местность, а вовсе не желание жить и действовать сообща. Обычно каждая лисица идет своей дорогой и о своем собрате беспокоится лишь в той мере, в какой это может принести выгоду лично ей. Даже в пору любви они живут вместе только до тех пор, пока продолжается страсть, и тотчас же после этого снова разлучаются.

 

Чтобы выпроводить барсука, лисица не применяет каких-то особенных уловок и хитростей. Ловкая кумушка завладевает чужим жилищем вполне открыто и без всякого стеснения водворяется в барсучьей норе, отвоевывая себе свободный уголок и предоставляя своему угрюмому сожителю убираться вон, если ему придется не по вкусу ее соседство. О дружеском же, совместном сожительстве этих столь различных по характеру компаньонов и речи нет; скорее можно сказать, что все происходит противоположным образом. Так, однажды, по рассказам главного лесничего Гофмана, затравленная лисица скрылась в норе барсука, откуда ее надо было выкопать. Поскольку наступила ночь, около норы развели огонь, а раскопку продолжили на другой день. После нескольких ударов нора была вскрыта, но вместо лисицы там нашли одну только ее голову, куски окровавленного меха и следы свежей крови, смешанной с песком. Хозяева норы, потревоженные в своей зимней спячке, варварски расправились с нарушителем их покоя и отстояли свое право собственности, сожрав дерзновенную, которая с перепугу не смогла найти выхода из норы.

 

Пора любви у лисиц наступает в середине февраля и продолжается всего несколько недель. В это время около одной самки собирается несколько самцов; они всюду следуют за ней по пятам и ухаживают за лисой, подобно собакам. В этот период запах их выделений становится особенно резким, и чаще обычного слышится их лай. Дело не обходится, конечно, без драк между соперниками. Когда самка забеременеет, она покидает нору и поселяется в густом кустарнике, расположенном поблизости от выбранной для родового периода норы. В это время, по Бекману, она посещает и расширяет разные норы и наконец поселяется в такой местности, которая в последнее время меньше всего посещалась людьми и собаками. Расположена ли эта нора в укромном месте или лежит открыто — на это она не обращает внимания. В случае, если подходящей норы не найдется, лисица сама выкапывает ее или устраивает себе гнездо в дупле дерева, под кучей камней, хвороста или же прямо в кустарниковой чаще и мягко выстилает его шерстью. Еще во время беременности самка начинает понемногу выщипывать себе волосы по всему брюху, от пупка до самого горла. Она это делает с двоякой целью: во-первых и главным образом, для того, чтобы открыть сосцы для ожидаемого потомства, а во-вторых, чтобы выдерганные волосы употребить на теплую и мягкую подстилку будущим деткам. Роды происходят спустя девять недель, или 60—63 дня, после спаривания, обычно в конце апреля или в начале мая. Количество детенышей колеблется между 3 и 12; чаще всего в гнезде находят 4—7 лисят. По исследованиям Пагенштехера. они появляются на свет слепыми и с закрытыми ушами; покрыты очень гладкой, короткой бурой шерсткой с желтоватыми и сероватыми на кончиках волосками и имеют чалую, резко выделяющуюся на лбу полосу, белый кончик хвоста и маленькое белое, неясное пятнышко на груди. Выглядят они крайне неуклюжими, неповоротливыми и вначале развиваются очень медленно. Елаза у них открываются только через две недели, но зато к этому же времени прорезаются все зубы. Мать обходится с ними с большой нежностью, первые дни не оставляя их ни на минуту, а впоследствии если и уходит, то лишь в поздние сумерки и ненадолго, предварительно приняв всевозможные меры, чтобы скрыть их присутствие.

 

Через месяц или полтора после своего рождения маленькие хищники, покрытые красновато-серой шерсткой, отваживаются в тихое время выходить из норы, чтобы погреться на солнышке и поиграть на просторе друг с дружкой или с матерью. Мать в избытке приносит им пищу и уже с первых недель заставляет есть и даже ловить мышей, птичек, лягушек и жуков. В это время лисица становится еще осторожнее и при малейшем шуме уводит их назад в нору, а если чует преследование, то тащит их в зубах в другую нору. Даже в момент самой серьезной опасности она торопится схватить детеныша, чтобы донести его до безопасного места. В конце июня юные лисички уже принимают участие в материнской охоте, а иногда и самостоятельно отправляются на ловлю зайчат, маленьких мышей, птичек, не пренебрегая и жуками. В конце июля детеныши совсем покидают нору и отправляются вместе с матерью на хлебные поля, которые сулят им богатую добычу и обеспечивают полнейшую безопасность. Когда жатва опустошит поля, они перебираются в густые кустарники, в степи, в тростниковые чащи. Поздней осенью они наконец окончательно отделяются от матери и начинают самостоятельную жизнь.

 

Пока жива самка, самец нисколько не тревожится об участи своих детенышей. Таким образом, о помощи его в хлопотливом деле воспитания детенышей и речи быть не может, если не считать игр с малышами, которые он иногда затевает, пребывая в хорошем расположении духа. Напротив, другие наблюдения, в достоверности которых нельзя сомневаться, указывают, что лисица-самец так же заботливо относится к осиротелым детенышам, как и самка, и, услышав жалобный лай голодных лисят, заботливо приносит им пищу.

 

Причиняемый лисицей ущерб весьма незначителен. Несравненно выше следует ставить ее заслуги по истреблению мышей. Она ловит их не только для питания, что ограничивалось бы лишь 20—30 штуками в день, вполне достаточными ей на обед, но больше для своего удовольствия, причем до смерти загрызает их и бросает. В охотничьем районе она бывает действительно вредна, но в лесах, на нивах и полях приносит больше пользы.

 

Доказано, что лисица подвержена почти всем болезням, которыми болеют собаки, а также и самой страшной болезни — бешенству.

ОХОТА НА ЛИСИЦУ

Охота на лисиц в одиночку во время течки

 

 

Охотник рано утром идет на ходких лыжах полями, осторожно высматривая лисью свадьбу. За самкой ходит от одного до пяти и даже более самцов, но сильнейший держится непосредственно возле нее, отгоняя зубами на почтительное расстояние прочих кавалеров. Охотнику далеко нелишне иметь с собой хороший бинокль. Если лисицы на ходу, то человек с хорошим зрением видит их безошибочно версты за две, но если они лежат, то он легко может их пропустить и на близком расстоянии, приняв за камни, кустики и т. п. Бинокль тут сильно помогает, и охотник может разглядеть в него всякое темное пятнышко, выделяющееся на снегу.

 

Увидя лисиц, охотник должен осторожно, на большое расстояние, зайти к ним против ветра (чтобы ветер дул от лисиц на охотника), по возможности не теряя их из виду. Если лисицы на ходу, то он может заметить, которая из них самка: она держится постоянно впереди самцов, и вообще это легко замечается, как и при свадьбе собак. Зайдя против ветра, охотник должен быстро катиться прямо на лисиц, не спуская их с глаз. Когда лисицы его заметят, то происходит у них замешательство, они останавливаются и глядят на приближающегося человека. Самка неизменно первая начинает удирать, иногда за ней следует и один из самцов, другие же бросаются в разные стороны.

 

Здесь от уменья и быстроты охотника зависит дальнейшая удача: если он не ошибется и быстро начнет преследовать именно самку, то скоро отшибет от нее в сторону последнего самца и опять должен гнать самку, причем ни в коем случае не должен затирать ее следа, держать от него стороной шагов на 20—30. Чем далее он угонит самку, тем лучше, но никак не менее версты. Наконец, выбрав удобное место для засады, охотник садится за полным прикрытием, взводит курки и ждет. Самцы через некоторое, весьма короткое, впрочем, время возвращаются на то место, где они были отбиты от самки, и бегут ее следом, обыкновенно во весь мах, перегоняя друг друга, и набегают на охотника на весьма близкое расстояние. Охотник, сосчитав предварительно, сколько было самцов при самке, знает, скольких он может ждать. Обыкновенно первым набегает самец, ушедший первоначально с самкой, а за ним, через некоторое время,— остальные, на коротком друг от друга расстоянии. Впрочем, на этой охоте более как по двум самцам стрелять не приходится, ибо остальные хотя и не находятся во время выстрела в виду, но слышат выстрел и делаются осторожными. Ружье заряжать надо на эту охоту крупной дробью № 0.

Травля лисиц и зайцев из-под гончих

 

Смотря по тому, где производится езда с борзыми и гончими собаками, она бывает островная, вражистая и болотная.

 

Островная езда производится по отъемным лесам, хотя бы леса эти заключали в себе даже более трехсот и т. д. десятин, лишь бы лес этот представлял собою остров, окруженный со всех сторон полем, на котором возможно было бы стоять борзятникам и производить борзыми травлю зверей. Занимать места борзятники должны на лазах, соображаясь с местностью, преимущественно с той стороны острова, с которой имеются в виду более крепкие места, куда всякий зверь, потревоженный в острову, преимущественно направляет свой бег. Если же все стороны острова представляют одинаково слазистые места, то борзятники должны разравниваться по лазам со всех сторон острова приблизительно на равные интервалы; в этом с лучае они должны становиться от острова на лазах далее обыкновенного. При занятии лазов борзятники должны иметь всегда в виду, что на лисицу занимать места следует всегда от острова дальше, а на зайца можно становиться на лазу ближе к острову. При этом, занимая лаз на лощине или в овраге, борзятник должен становиться с собаками не на самом лазу, а сбоку оврага или лощины, чтобы не загораживать лаза зверю, который в противном случае всегда может возвратиться назад в остров своим лазом или же пробежать незаметно. При этом борзятник всегда должен стараться становиться под прикрытием какого-нибудь куста, стога, омета, копны или дерева; если же место совсем открыто,— то как можно дальше от острова в чистом поле или, напротив, в самой уже опушке острова лицом в поле. Занимать места на лазу лучше всего приблизительно посредине между большими островами или крепкими местами. Став на место, борзятник не должен съезжать с занятого им лаза впредь до выхода гончих из острова.

 

Один ловчий, распоряжающийся всей охотой и расстанавливающий борзятников по лазам, может во всякое время уезжать со своего места по своему усмотрению для различных распоряжений, и ловчий всегда занимает тот лаз, который ему останется или который он видит плохо занятым.

 

Доезжачий же по получении сигнала или приказания, когда бросать гончих, набрасывает всю стаю в остров и идет срединою острова, заблаговременно распорядившись подгонщиками, согласно приказанию ловчего, и порская собакам, подзадоривая гончих порсканьем. По выставлении каждого зверя гончими в поле доезжачий с ближайшим подгонщиком обязаны моментально останавливать стаю, возвращаясь с нею каждый раз обратно в остров, впредь до сигнала о выходе.

 

Овражистая езда производится с борзыми и гончими собаками по оврагам или балкам, покрытым крупным лесом или частым мелколесьем. В этом случае выжлятники дают возможность заехать борзятникам, остановившись у места напуска, как и под островом, а затем, по совершившемся заезде борзятников, доезжачий делает напуск гончих и едет срединою оврага с подгонщиками, едущими по бокам оврага, обходя все крепкие его отроги и все примыкающие к нему острова, порская гончим сообразно их действиям не особенно громко и не особенно учащенно. Обыкновенно при этой езде набрасывают только несколько смычков гончих собак, выбранных из стаи, которые попослушнее и повернее. Борзятники разравниваются по обеим сторонам оврага, но две — четыре своры берегут сторону оврага с напуска (задние сторожевые), и такое же число свор берегут противоположную сторону и должны постоянно во главе с заездным находиться впереди.

 

Болотистая езда производится с борзыми и гончими собаками по болоту, покрытому крупным или мелким лесом, например, ольшаником, березняком, ивняком и т. п. лесом и камышами. Если болото представляет собою форму в виде длинной ленты, тянущейся в русле оврага, то тогда езда с собаками производится по такому болоту способом езды овражистой.

 

Если же болото представляет собою форму круглой котловины или острова, то тогда езда в нем производится псовыми охотниками способом езды островной. Вся особенность езды болотистой заключается в том, что доезжачий в болоте должен в большинстве случаев находиться с гончими пешком, а борзятники — занимать лазы кругом болота и производить травлю более спокойно и предусмотрительно, узнав от местных жителей о всех переездах в болоте.

 

Борзятник, стоя под островом, должен нажидать зверя на лазах из-под гончих всегда хладнокровно и тайко, т. е. не выдвигаться из-под прикрытия при нажидании зверя, тем более беспрестанно вертеться на лошади, делать неуместные движения или кричать на собак или лошадь. Когда же на него лезет зверь лазом из-под гончих, должен совершенно замереть на месте, а находясь на виду в чистом поле, даже прилечь на седле корпусом на шею лошади и, не трогаясь, не шевелясь ни одним мускулом, выдержав зверя и подпустив его в меру, свистнуть собакам и, тихо улюлюкнув или заатукав вполголоса, показать его борзым; затем преследует молча собак и зверя подходящим аллюром (чаще усиленным галопом) впредь до того момента, когда собаки поймают зверя или когда сделается совершенно ясным, что зверь ушел. В последнем случае борзятник обязан подловить собак как можно скорее на свору и опять занять свое место. Для успешной травли под островом первое условие — чтобы борзятник занимал лаз на таком месте, где бы он мог подпустить зверя к себе на дистанцию, сообразную резвости и поимчивости его собак, показать его борзым так, чтобы они могли всегда его поймать. А для этого борзятник, занимая места в поле ли под островом или на опушке его и соображая, как должен будет бежать зверь относительно его положения, обязан непременно и всегда выдержать зверя, т. е. отпустить его от острова настолько, чтобы зверь при нажидании его борзятником на себя сделался ближе к его собакам, чем к острову, из которого бежал, а при травле из опушки, по угону, чтобы дальше отбежал от острова; тогда только борзятник должен будет показать зверя своим собакам.

 

В противном же случае, т. е. если борзятник не выдержит зверя, то зверь тот от собак всегда может вернуться назад в лес и всегда может уйти, даже и от очень резвых борзых, без угонок или с угонкой, но под самой опушкой леса. Показывать борзым зайца и лисицу борзятник должен стараться всегда по угону, впоперек и сыскоса, но не в лоб, т. е. не ввстречу, так как ввстречу собаки всегда могут с зайцем и лисицей разъехаться, а при этом могут опрокинуться и нередко ушибиться как об землю, так и между собою при скучивании, одна о другую. Когда же представится необходимость подпустить свору собак к другому травящему борзятнику, то подпускать собак в лоб, т. е. ввстречу, отнюдь не должно к зайцу и лисице, так как при таком случае всегда представляется более возможности перебить собак насмерть при встрече одной своры с другою. Ружейная охота с гончими на лисицПри травле из-под гончих каждый борзятник обязан травить только того зверя, который на него побежал, и, чтобы не заслужить порицания со стороны других охотников и не получить от них названия шкурятника, он никогда не должен подпускать своих собак к зверю, побежавшему на другого борзятника, без явной в том необходимости, допускаемой в исключительных случаях.

Ружейная охота с гончими на лисиц

 

 

Лисица, как и заяц, по природе местовой зверь, и ее округ хотя и превосходит большею частию величиной округ зайца, но всегда доступен для охоты с гончими пешего ружейного охотника; приблизительно самый большой округ лисицы бывает настолько обширен, что, задавая под гончими круг, она уводит их из слуха охотника, но на самый короткий промежуток времени. Такие большие округи встречаются только или в совершенно чистых местах, или в сплошных лесах. Однако кружится лисица на маленьких или больших, но правильных кругах под гончими, только если гончие гоняют хотя и азартно, но ровно; паратость имеет влияние только на величину и правильность круга; под пешими гончими лисица способна кружиться в каких-нибудь пяти десятинах заразистого места чуть не целый день, и так как преследование пеших гончих ей неопасно, то круги ее бывают самые неправильные. Чем паратее гончие, тем лисица задает большие круги, но в то же время они делаются правильнее, и хотя она чаще вырывается из отъемов, но также чаще, пробежав известный круг, уже ходит старым следом. Второе и самое главное условие, чтобы лисица кружилась под гончими на маленьких или правильных кругах, это чтобы во время гона она не была бы испугана. Насколько она мало боится правильного гона одной или нескольких гончих, настолько же пугается всякого другого подозрительного звука или встретившегося предмета. Достаточно, чтобы в стае был один перечун, чтобы сбить лисицу с правильных кругов, достаточно ей услыхать неосторожную походку человека или его голос, не говоря о выстреле. В островах крепких, болотных, густо поросших камышом и лозою, лисица ходит на кругах всего дольше, почему охота на нее легче, чем в лесу, и нет надобности занимать лазы далеко впереди от того места, где брошены собаки.

 

Величина кругов лисицы под гончими зависит не только от местности и быстроты, с которой идет преследование, но также и от некоторых других причин. Так, лисицы нагоненные, то есть часто подвергавшиеся преследованию гончих или уже стреляные из-под них, всегда сразу идут на больших кругах, а то так с первого же гона бросаются прямо, уводя гончих более или менее далеко, и только после того, как минует опасность, возвращаются в свой округ.

 

В сильный мороз, сковавший землю, и в сильный густой туман лисица всегда задает большие круги, чем при другой погоде, а самые маленькие бывают в сильный ветер или поздней осенью, в серые — глухие дни поздней осени. Это объясняется тем, что голоса гончих плохо тогда слышны, и гонная лисица беспрестанно останавливается, чтобы прислушаться, а, по общему правилу, после каждой остановки непременно уже изменяет направление бега. В туман сравнительно большую величину кругов можно объяснить тем, что лисица не боится покидать лес, сознавая, что и на открытом месте она надежно скрыта туманом, кроме того, в очень сильный туман всякий зверь плутает и попадает часто не туда, куда хотел.

 

Всего удобнее для охоты ходит лисица в ровной местности в хороших, средней величины и заразистых отъемах; всего неаккуратнее — в гористой и овражистой местности. Дело в том, что в горах сильное эхо и отголоски, которые пугают лисицу: она в одно и то же время уходит от преследующих ее гончих и пугается отголосков. Как известно, в горах часто не слышно самих гончих, но слышно эхо их гона, и этому эху повинуется гонная лисица, которая поэтому нередко бросается навстречу гончим или внезапно круто изменяет направление, повинуясь испугу, причиненному вдруг раскатившимися впереди или сбоку отголосками. Но сами по себе круги лисицы в горах невелики: обыкновенно они ограничиваются одной лесистой горой, вокруг которой лисица и водит гончих, или, если на известном пункте горы отголоски особенно сильно слышатся впереди лисицы, она переходит на другую гору и с нее, задав круг, обыкновенно старым следом возвращается обратно. Но это бывает реже; чаще от раздавшихся ввстречу сильных отголосков лисица бросается прямо в гору и переваливается на другую ее сторону и там поворачивает опять вокруг той же горы, смотря по тому, откуда слышны голоса гончих, и, конечно, в противоположную сторону от них.

 

Охотясь с пешими гончими, надо быть более осмотрительным, больше обращать внимание на направление ветра, бойчее поглядывать по сторонам и лучше затаиваться, ибо лисица под такими гончими бежит и тише и осторожнее, делает частые повороты и является нередко совсем не с той стороны, откуда ее ждет охотник; поэтому, охотясь с пешими собаками, надо хорошо изучить привычки лисицы, чтобы замечать ее прежде, чем она заметит засаду. С паратыми гончими охота вернее и проще: лисица, преследуемая быстро, не может быть так сторожка, а поэтому она сравнительно редко появляется в виду охотника не настоящим лазом; паратые гончие верно указывают ее ход, и охотник наверное выжидает зверя из-под них, зная, что он не мог значительно взять переда, особенно на втором или третьем кругу, когда первый испуг лисицы миновал. Кроме того, в случае неудачного выстрела гон не прерывается, а с пешими испуганная или легкораненая лисица успеет удрать за версту, а то так и гораздо дальше, прежде чем они доберутся до места выстрела.

 

Независимо же от того, паратые или пешие гончие, предпочтительней для этой охоты, что после местных условий вполне зависит от личного вкуса охотника, остальные качества гончих, необходимые для правильной охоты, остаются всегда и везде неизменными. Но для настоящей лисьей охоты мало того, если гончие только гонят по лисице,— необходимо, чтобы они ее предпочитали зайцу и чтобы охотник был вполне уверен в том, что поднятая лисица не будет ими променена на подвернувшегося зайца. Количество гончих для лисьей охоты зависит от достоинства красногонов, но общее правило — чем меньше, тем лучше. Самая добычливая охота бывает с одним красногоном, но гончих, которые были бы годны для такой одиночной охоты, очень мало. Красногон, с которым возможна одиночная охота, должен быть в высшей степени чутьист, обладать звучным, но невысоким голосом, лучше не частым, а мерно редким; он должен быть умен и привычен к ходьбе охотника так, чтобы ему не надо было подавать голоса: он сам должен сообразовать свой поиск с направлением охотника, которое он узнает, перебегая по временам его след. Все хорошие ружейные гончие обладают широким круговым поиском, но одиночный красногон должен искать на особенно больших кругах, примерно около версты. Большей частью приходится охотиться с несколькими гончими, но ни в коем случае их не надо более пяти-шести смычков; в такой стайке состав должен быть безукоризненный; если хоть одна гончая даже слегка перечит, т. е. просто идет не в куче, а немного стороной, если гончие валятся к гону с голоса или небезукоризненно дружны,— удача сомнительна. В стае гончим работать относительно стройности гона легче на том основании, что недостаток или промах одной пополняется и исправляется другой; гон идет ровнее, меньше бывает сколу и перемолчек, наконец, несколько гончих, ищущих на широких кругах, живее натекают на свежий нарыск или по ветру на залегшую лисицу; к тому же стаей все гончие гонят паратее и задорнее, что веселит охотника.

 

По лисице всякие гончие если только гонят, то гонят непременно стройнее, чем по зайцу; поэтому для гончих на лисьей охоте погода имеет меньшее значение, чем на заячьей; в удобную для чутья и гона погоду и по лисице гончие гонят, конечно, лучше, но и в такую, в которую гон по зайцам совершенно не клеится, по лисице гонят настолько удовлетворительно, что охота бывает возможна. В очень сырую и даже мокрую погоду или в сильный и сухой мороз одни и те же гончие не держат зайца и гонят хорошо по лисице; то же самое и в пестрое иоле, т. е. когда снег местами стаял, только отличные гончие гоняют хорошо по зайцам, а лисицу держат и посредственные. Однако погода имеет большое значение для охотника. Туман — самая неудобная для охоты погода, ибо охотник не может рассчитывать на сколько-нибудь правильный ход лисицы; неудобен в высшей степени и сильный ветер, который относит голоса гончих, так что охотник или вовсе их не слышит, или часто теряет из слуха направление гона, а при таких условиях нельзя верно выбрать засаду. В сильный мороз охотиться тоже плохо, в особенности с пешими гончими, ибо лисица ходит на слишком больших кругах. Тем, что в неудобное для гона по зайцам время гончие могут гонять по лисице, можно пользоваться иногда для охоты по ней, если имеешь не слишком надежных красногонов, сбивающихся по зайцам, но это удается только в незайчистых местах.

 

Охота с гончими по лисицам в общих чертах совершенно сходна с ходовой охотой по зайцам, но здесь всякий лишний человек, а особенно если он не из толковых охотников, безусловно, мешает; каждый лишний шаг, сделанный охотником, может сразу испортить все дело, так как лисица, даже наткнувшись на его след, непременно изменяет свой ход и ни за что уже не пройдет там, где зачуяла опасность. Поэтому раз занятую засаду, если окажется, что она выбрана неудачно, следует оставлять, когда гон значительно отдалился,— без шума, лучше всего шагом, и по возможности стараться не пересекать хода лисицы. Если лаз надежен и лисица только долго не бежит на него, то всегда выгоднее выждать зверя и не менять места. Занимая засаду, необходимо принимать во внимание направление ветра и всегда становиться так, чтобы он не наносил запаха охотника на предполагаемый лаз или встречный путь лисицы. Надо непременно прятаться за куст, дерево или камень, главное — необходимо скрываться по грудь, ибо лисица, как и волк, смотрит понизу. Лучше становиться на опушках или лесных прогалинах, выбирая по возможности такие места, с которых хорошо видно доступное выстрелу пространство, и избегать зарослей, где нетрудно прозевать лисицу в нескольких шагах. Впрочем, если у охотника хорошо развит слух, то он может услышать ее бег, особенно поздней осенью по опавшему листу.

 

Сама охота производится следующим образом: утром, спустя час или два по восходу, когда роса пообсохнет или сойдет иней, охотник с гончими на своре идет к острову или отъему, в котором держатся лисицы; на опушке он размыкает собак и тихо, без порсканья, двигается вдоль опушки. Привычные гончие бегут обыкновенно опушками или полянками, на которых мышкуют лисицы,— в это время оци только возвращаются на день в лес, а иногда еще не вернулись в него, и гончие причуивают их свежий след или начинают гнать по-зрячей. В крепком месте гончая добирается по лисе не так быстро, как по волку или козе; в месте не столь крепком лисица менее путает, больше идет прямиком, и гончая в одном месте долго не задерживается. По лисе в лесу идет ровный, стайный гон, и гончие никогда почти не скалываются. В болоте же и камышах нет такой правильности в гоньбе, и бывают перемолчки, а также перехват гона гончими, идущими стороною, на которых сворачивает лиса.

 

Первый круг лисица задает обыкновенно опушкой, а потому с первого гона охотник становится на опушку и нередко сейчас же стреляет. Вслед за кругом опушкой лисица начинает кружить или в острове, или задавать круги островом и полем, выбирая открытым местом ложбинки или редкие кусты; часто она ходит под гончими из одного отъема в другой, и этот последний ход бывает самый правильный, так как чистиной лисица ходит одним и тем же местом.

 

Нередко случается, что разомкнутые гончие натыкаются на зайца и гонят его, но это не беда: лисица мало боится гона, если гончие преследуют не ее, и упорно держится своего округа, а нередко и отъема, только сторонясь от гончих, и если красногоны хороши, то они все-таки бросают зайца, наткнувшись на лисий след. Случается часто, что одну лисицу гончие гонят, а другие, тоже матерые, ходят стороной, сообразуясь с ходом тонной и не уходя прочь. Если не желают, чтобы гончие могли попасть на зайца раньше лисицы или чтобы они не погнали далеко от охотника, их иногда не размыкают, а высматривают лисицу и насаживают сразу на гонный след. Для этого выходят на охоту со светом; один охотник тихо подвигается вдоль опушек и осторожно высматривает, а другой ведет гончих, отставая от первого на сто шагов; конечно, такие поиски на глаз возможны только там, где лисиц очень много. Можно также отыскивать мышкующих лисиц с вечера верхом, причем надо принять за правило пугать каждую; следует делать это потому, что набеглую таким образом непременно угонишь, а местовую нет, и на другой день верно идешь с гончими на местовую. Пугать надо не криком, а толкануть лошадь и погнаться за лисицей,— конечно, до опушки; местовая этого мало пугается и утром мышкует на том же месте, а набеглая от такой погони удирает без оглядки, чего только и надо. Высмотрев таким образом с вечера, на другой день берут одну или пару гончих и идут с ними на знакомое место.

 

Верным признаком выводки лисиц в данном месте, если не известны норы, служит отсутствие какой-либо молодой дичи, как зайцев, так и пернатой,— все переедено еще летом; тут же обыкновенно бывает изобилие сорок, неизменных спутниц лисицы. Сороки своим стрекотаньем даже указывают то место, где лисицы находятся в данное время. Если норы известны, то это хорошее место для засады на молодых лисиц: всего чаще, кружась под гончими, они ходят через норы и, смученные долгим гоном, нередко норятся, т. е. уходят в норы, что больше случается в сентябре месяце, когда выводка держится еще по соседству нор. Матерые лисицы местами очень часто норятся, так что у некоторых охотников принято за правило — прежде чем бросать гончих, забивать норы камнями, сучьями или хворостом.

 

В местах не слишком болотистых, не покрытых сплошь лесами, не заваленных валежником и, главное, там, где местные условия дозволяли или дозволяют держать псовые охоты, ружейная охота с гончими удобнее и добычливее, если производить ее не пешком, а верхом. Лисица не любит ходить чистым местом, полянами, очень редко пойдет по дороге, но в крепком болотном острове все-таки приходится остановиться именно на полянах, на дорожках, так как в другом месте ее и не увидишь. Становиться на этих полянах, дорожках следует ближе к опушкам, чем к середине острова. Если в большом отъеме есть пересекающая его широкая поляна, то на ней нужно становиться в самом узком месте. Надежнейший лаз на рассматриваемой поляне будет в той точке, где одна крепь сближается с другою. Если лисице необходимо перейти чистое место, она старается по возможности отдалить этот момент, почему делает лишний путь крепью. Выходные лазы из острова находятся, конечно, в тех местах, где к нему ближе другой остров. В отъеме, расположенном на ровном месте, лаз — на опушке, где остров вдается мысом в поле, а не наоборот, как у русака. Лисица является на опушке или на первом круге, или же когда намеревается выйти из острова. Вообще выходные лазы — ложбинами, а не буграми, но если остров вдается в поле лесистым бугром, то лисица идет горой, однако не самым гребнем. В болотном острове лисица ходит, где суше, и переходит через воду только в крайнем случае и тут, однако, всячески старается не замочить лапок. Когда вода в болоте и ручьи замерзнут, лисица любит ходить замерзшим протоком представляющим как бы широкую дорогу в остров, и идет по нему, т. е. открытым местом, с версту и более.

 

При охоте на лисицу в лесу не следует занимать лаз на дорожке. Надо помнить, что лисица подходит к дорожке осторожно и обыкновенно ее перепрыгивает, так что выстрел в этот момент не из легких. В лесу, однако, можно выбрать себе место, с которого видно шагов на 15—20 вокруг. Лисица в крепи менее осторожна, не так высматривает, что делается впереди; подходя же к дорожке, она очень осторожна и может оглядеть охотника, даже хорошо стоящего.

 

По белой тропе в начале зимы при неглубокой пороше лисица живет в лесу и ходит теми же местами, и лазы ее те же, что по чернотропу (кроме замерзших протоков). Первый круг лиса, однако, делает не так уже близко к опушке, вероятно потому, что на опушке снег глубже и обнаженный лес не препятствует зверю удостовериться в безопасности выходов. В начале зимы, редко в середине, лисица всегда уходит из лесу в поле, и охота на нее с гончими почти прекращается, тем более что она в это время ведет вполне бродячую жизнь. В это время ее следует сначала обкладывать, а потом выгонять из острова на стрелков при помощи ли кричан, при помощи ли гончих. Необходимо иметь в виду, что лисицы, особенно прибылые, зачастую норятся в свои или барсучьи норы (назьмы); матерые — только в минуту опасности.

 

В северо-западном крае жмудины весьма удачно охотятся на лисиц с гончими, хотя и плохими, при помощи прокопченной (неделю в трубе) нитки, которою они окружают на колышках большую часть оступа (острова), оставляя открытыми только сажен 200 со стороны, защищенной от ветра, где и становятся стрелки (2—3).

Охота на лису с борзыми

«Настольная книга охотника-спортсмена»

 

Охота на зверя с борзыми в нашей стране известна с давних времен.

 

В старину существовали псовые охоты, поражавшие количеством участвующих в них собак. Так, комплектная (состоящая из борзых и гончих собак) псовая охота одного из смоленских помещиков имела в своем составе тысячу собак. Охота с борзыми собаками по лисице проводится двумя способами: охотник стоит на лазу лисицы или охотится «в наездку».

Охота на лису с борзыми на лазу.

 

Охотник стоит на лазу, скрываясь за перевалом или укрывшись за кустом. При этом собак он держит на своре, дожидаясь выхода зверя, которого гонят гончие. Успех охоты зависит от умения охотника вовремя показать зверя собакам и спустить их со своры. Хотя лисицу собаки догоняют быстро, это еще не означает, что она будет легко поймана. Она ловко воспользуется ничтожной ямкой или межой и западет там перед самым носом борзых. Разогнавшиеся собаки могут пронестись далеко вперед, а лисица, мгновенно вскочив на ноги, быстро поворачивает и скачет в противоположную сторону. Может пройти немало времени, пока охотнику удастся снова показать и натравить собак на лисицу. А бывает и так, что лисица махнет трубой (хвостом) перед глазами у собак и отведет их вправо, а сама кинется влево; или неожиданно бросится под брюхо лошади так, что неосторожный конь может покалечить собак, а то, вертясь перед щипцами собак, как бекас, из стороны в сторону, доберется до кустов или неожиданно исчезнет в подвернувшейся норе или водомоине.

 

Чтобы не портить шкурки, лисицу, принятую из-под борзых, не колят кинжалом, как волка, а глушат ударом свинчатки по голове (эта свинчатка заделана в рукоятку арапника). Торочить лисицу к седлу нужно обязательно за шею, так как известны случаи, когда лисица ударом арапника не бывала убита насмерть, а только оглушена. Неправильно притороченная к седлу лошади, она через некоторое время приходила в сознание, вцеплялась зубами в лошадь, которая, обезумев от внезапной боли, сбивала охотника с седла на землю. Это приводило и к несчастным случаям.

Охота на лису с борзыми «в наездку».

 

Этот способ охоты с борзыми без участия загонщиков и гончих собак заключается в том, что охотник (или охотники) едет на лошади (равняясь в линию) по полям и, громко хлопая арапником, поднимает зверя на ноги. Вскочившую лисицу указывают собакам и начинают ее травить. Борзые должны идти на сворах. Хорошо приезженные собаки могут рыскать и на свободе, помогая отыскивать зверя. На этой охоте поднявшаяся в меру лисица обычно попадает в зубы собак. Спасти ее может только нора. Может уйти также очень резвая лисица, поднявшаяся на ноги недалеко от оврага или кустов. В начале зимы, когда выпадет хорошая, мягкая пороша, равномерно покрывающая поля, охотники ездят по открытым степным местам в санях с хорошей борзой, покрытой попоной или брезентом, приученной смирно лежать в санях. Лисица допускает сани довольно близко. Спущенная с саней собака быстро догоняет и ловит ее. На этой охоте большую пользу приносит хороший бинокль. С выпадением глубокого снега охота по лисицам с борзыми совершенно прекращается, так как уплотненный ветром снег в полях прекрасно держит лисицу, а собаки глубоко вязнут в нем. Псовые охоты, укомплектованные русскими борзыми,— лучший способ борьбы с волчьими выводками.

Травля лисиц по пороше

А. А. Черкасов. «Записки охотника Восточной Сибири»

 

Сослеживание лисиц производится только тогда, когда след ее бывает самый короткий и отпечатки следа совершенно ясны и отчетливы; в противном случае борзятники лисиц по следу не съезжают, а отыскивают их на глазок. Езда по лисицам должна производиться не менее как тремя охотниками, из которых один едет около следа, а прочие борзятники разравниваются от съезжающего по обе его стороны, на более или менее значительном от него расстоянии (от 500 м), и мастерят, забирая у съезжающего переда, непременно шагом, придерживаясь логов, оврагов и т. п. крепких мест, зорко поглядывая во все стороны. Если есть лишний (четвертый) борзятник, то его необходимо оставлять у мест лисьих нор (назьм)на тот случай, чтобы он мог всегда завстречать лисицу и затравить ее своими собаками, прежде чем она успеет понориться.

 

При езде по лисицам борзые (не более двух на свору) большей частью рыщут без своры, но иногда, если приходится держаться очень близко друг от друга, во избежание недоразумений и споров необходимо брать их на своры. Вообще в теплое время, когда снег не будет намерзать на лапы собакам, можно водить борзых на своре, но в морозную и вообще очень холодную погоду брать собак на своры отнюдь не следует, так как собаки могут зазябнуть, и лучше держать возможно большие интервалы. Охотники должны выезжать из дома как можно ранее, так чтобы с рассветом они могли быть уже на месте охоты до окончания этого поля.

 

Следы лисиц, как следы зайцев, имеют разницу, которая легко узнается опытными охотниками по величине отпечатков лапок и по другим особенностям лисьего следа. Охотник, съезжающий лисицу, должен быть особенно внимательным к тому, чтобы не переехать со следа одной на след другой лисицы. Но в общем съездка лисицы при коротком следе всегда легче съездки зайца; лисицы никогда не путают следов так, как перепутывают их зайцы, и не делают ни двоек, ни троек, ни сметов. Только делая круги перед лежкой, лисицы оставляют на снегу как бы крестообразно перепутанные следы, которые и носят название крестов. Вообще лису стоит съезжать только в теплую погоду и довольно глубокую порошу, когда зверь не может очень много исходить мест. Весьма важно также умение отличать старый след, собственно нарыск, от свежего следа. Признаками свежести следа служат накопы, сделанные во время мышкования, и запевы лапок на поверхности снега. Всего удобнее съезжать лисиц в туманную погоду, когда они, занятые мышкованием, подпускают очень близко. В теплую погоду, если сыта, лисица ложится в кочкарнике, кустиках, в овраге, реже в бурьянах, которые в ветер шуршат и мешают ей слушать. В смысле же доездки лисицы лисьи следы всегда представляют для охотника более трудностей, потому что большую часть дня лисицы продолжают мышковать, особенно в сильные морозы, когда они всегда на ходу и исхаживают более 30 километров. В одну свору, т. е. одному борзятнику, съехать такую лисицу положительно невозможно.

 

Охотник, наехавший на лисий след, должен немедленно дать сигнал своим товарищам, именно правою рукою поднять арапник кверху. Увидав такой сигнал, все остальные борзятники разравниваются по обе стороны съезжающего охотника и начинают мастерить его, как сказано выше. Если же кто-либо из охотников увидит лежащую или мышкующую лисицу, но не в меру, то должен поднять правою рукою кверху свою фуражку или шапку. Если лисица лежит, охотник подает сигнал, остановив свою лошадь на месте, с которого увидал лисицу, а если лисица мышкует, он сигнал подает, продолжая ехать к лисице шагом. Если же лисица вскочила и побежала, то он должен подать этот же сигнал, поскакав за лисицей. Такой сигнал обязывает всех борзятников взять лисицу в круг или заскакать ее от назьм, оврагов, лощин и вообще от мест слазистых и крепких. Ближайший к побежавшей лисице борзятник показывает ее своей своре борзых и травит тихо, без всяких уханий и громких улюлюканий.

 

Для выигрыша времени лисий след должен съезжаться охотником только до первого следа, перешедшего поперек следа съезжаемой. Только, разумеется, охотник, выправляющий след, должен предварительно сличить перекрещивающиеся следы и удостовериться, что они принадлежат одной и той же лисице, что требует некоторой опытности. По гонному следу в большинстве случаев охотники лисиц не съезжают.

 

Здешний охотник еще с ранней осени с нетерпением ожидает порошки, с замирающим сердцем посматривает в окно, нейдет ли снежок. Ежедневно после ужина выйдет на крыльцо, долго стоит на нем и, почесываясь, прислушивается: не фыркают ли лошади, хорошо ли слышны петушьи голоса, собачий лай и прочее,— признаки, указывающие ему на перемену погоды... И если заметит, что небо стало заволакивать серыми облаками, ему становится веселее, легче на сердце,— он радостно возвращается в избу, собираясь на лисковье.

 

Самое лучшее — гонять лисиц по свежей, густой (глубокой) мокрой порошке, потому что тогда лисица, проваливаясь в глубоком снегу, скоро утомляется и не может уйти от собаки, особенно когда порошка была мокрая, ибо сырой снег липнет к пушистому хвосту лисицы и совершенно не дает ей ходу. Напротив, перед весной, когда снег запирает (затвердеет) и сделается наст, лисиц гонять почти невозможно, по той причине, что загрубевший снег сдерживает на себе лисицу, которая как птица несется по нему, как по полу, тогда как собака, не говоря уже о коне, проваливается. Часто случается, что лисица, нажидаемая собаками, употребив в дело все свои хитрости и увертки и все-таки не видя спасения, в степных местах, заскакивает в тарбаганьи (сурочьи) норы, а в лесных — в дупла, под коренья больших деревьев, в россыпях — под плиты, в пустоты между большими валунами, а в утесах — в расселины, щели и пещеры. В этих случаях, чтобы добыть лисицу, промышленники прибегают к особым способам, о которых будет сказано в своем месте.

 

Молодая, неопытная собака редко задавит лисицу, последняя ее наверное обманет и, воспользовавшись случаем, спасется. Вот обыкновенные уловки и увертки лисицы, к которым она прибегает при гоньбе с собаками. Если лисица заметит, что собаки еще далеко от нее, а представился удобный случай, смотря по местности, сделать какую-нибудь хитрую уловку, она поворачивается назад, бежит обратно своим следом, потом вдруг делает большой прыжок в сторону, бежит куда-нибудь в скрытое место — в ложок, в кусты либо в большую траву, и, если увидит подбегающую собаку или подскакавшего охотника, плотно прилегает к земле или ползет на брюхе; заметив же, что враг ее пробежал или проехал, тотчас старается попасть на след собаки или охотника и бежит им в обратную сторону. Попав на санную дорогу, бежит по ней до удобного места, снова прячется где-нибудь за камнем, кустом, деревом, заскакивает на толстые пни или залезает в дупла, и, как только собака в азарте пробежит мимо, не заметя ее, она тотчас бросается спасаться в противоположную сторону. Часто, как-нибудь обманув собаку, но не видя удобного места, где бы могла спрятаться, она бегает сзади собаки по ее же следам и, не замеченная ею, при удобном случае спасается в другую сторону. Нередко случается, что собаке, догнавшей лисицу, остается только схватить ее зубами и покончить все дело, как вдруг лисица как-то особенно вернет своим хвостом по самому рылу собаки и увернется в сторону, а собака пробежит несколько сажен по прежнему направлению лисицы и увидит ошибку, когда плутовка уже далеко в стороне!.. Промышленники говорят, что лисица, повернув неожиданно хвостом, стрекотнет шерстью глаза собаки, которая невольно моргнет и прозевает удобную минуту, чтобы схватить лисицу, а последней того и нужно... Словом, лисица прибегает ко всевозможным подобным хитростям, чтобы ускользнуть от собак и охотника, почему при этой охоте нужно быть как можно внимательнее, смотреть во все стороны, оглядываться, присматриваться к неподвижным предметам, глядеть, не притаилась ли где-нибудь лисица, не бежит ли назад конским следом.

 

Эту охоту можно производить после каждой свежей порошки или после сильного ветра, когда он заметет снежною пылью старые следы и сделает снежную поляну ровною, удобною для открытия свежих нарысков. Самое лучшее, когда порошка выпала днем, а еще лучше — с вечера, потому что снег завалит старые следы и откроет самые свежие, набеганные зверем незадолго перед утром, тогда как утренняя порошка скроет эти последние и только на другой день покажет более старые нарыски, вечерние и даже дневные, по которым труднее и не так скоро доберешься до зверя.

 

Некоторые промышленники гоняют волков и лисиц в особенности и без собак, на одних лошадях. Это бывает тогда, когда выпадает сильно густая пороша, то есть хлупнет (выпадет) снега четверти две и более, так что глубина снега лишает возможности зверя долго бежать, а для лошади рыхлый снег в две четверти ничего не значит. В этом случае охотники точно так же, как и в первом, вдвоем или втроем гоняют зверей верхом на резвых, нестомчивых лошадях до тех пор, пока они, выбившись из сил, не в состоянии будут сделать ни одного прыжка, так что их можно убить дубинкой. Бывали случаи, что и один охотник на добром коне заганивал не одну лису в короткий зимний день, но волка одному охотнику загнать почти невозможно, хотя и были примеры, но это уже большая редкость. Лисица бежит резво только версту, две и много три, а потом начнет приставать и ложиться, но, отдохнув минуту, снова бежит чрезвычайно резко сажен сто и более, тогда как волк бежит от 10 до 15 километров без устали и потом почти вдруг лишается сил и падает, в полном смысле слова, в совершенном изнеможении, так что с ним можно делать что угодно. Самая охота состоит в том, что, наехав на свежий лисий нарыск или волчий след, охотники съезжают зверя, но, лишь только он поднимется с логова, один из охотников начинает его гнать, а другие смекают, то есть скачут стороною, и не дают зверю куда-либо укрыться, залечь. Когда настоящий погонщик, измучив коня, не в состоянии будет преследовать зверя далее, тогда один из товарищей начинает гнать, а этот присталый — смекать.

 

При лисьей гоньбе, главное, нужно стараться, чтобы не давать лисице случая отдыхать, а гнать, гнать и гнать, не переставая; в противном случае не скоро загонишь и лисицу. Конечно, и при этой охоте нужно иметь в виду хитрые лисьи проделки и не зевать, как говорится, при малейшей неровности места, а тем более не допускать лисицу к лесу. Не нужно полагаться на лису в том отношении, что она легла и, значит, можно ее убить, ибо часто случается, что охотник, приехав к лежащей лисице и думая, что она окончательно не в силах уже сделать более ни одного прыжка, соскакивал с лошади, чтобы ударить лисицу, но она вспрыгивала и пускалась наутек с прежнею быстротою и, тем выиграв перёд у охотника, не скоро снова ложилась. Вот почему, подскакав к лисице, нужно сначала удостовериться, действительно ли она в изнеможении, для чего стоит ударить ее бичом; если она вытерпит удар, тогда надо проворнее соскочить с коня и добить лисицу, если нет — снова гнать. Догоняя волка, еще не упавшего на снег, нужно быть осторожным, ибо случалось, что волк, видя на пятах всадника, собравшись с последними силами, бросался на лошадь и кусал за ноги охотника. Промышленники говорят, что лисица «не дюжа к гонке», и действительно, она скоро пристает (заганивается), но зато скоро и отдыхает, волк же — наоборот.

Охота на лису с таксами

 

Главным образом таксы употребляются для охоты на лисиц в норах, потому что лиса ценнее шкурой, вреднее для дичи и не так злобна, как барсук. Охота производится вдвоем или втроем; охотник с ружьем берет с собою человека с заступом, киркою и топором (для перерубания корней), особыми щипцами, клещами и иногда сетками-кошелями, которые вставляются в отверстия норок. Лучше всего охотиться в дождь и ветреную погоду когда лисица охотнее прячется в нору. Для подземной охоты такса не должна быть ни очень крупною и толстою, ни очень маленькою и слабосильною, также не очень молодою, а не менее годового возраста или полуторагодовалая; иногда она становится пригодною для охоты только 2-х лет. В местностях с рыхлой почвой, где копать удобно, предпочитаются более рослые и сильные таксы; в каменистой же почве, трудной для копания, пригоднее небольшие таксы, но злобные и бойкие, которые, не вступая, однако, в драку, выгнали бы зверя из-под земли наружу.

 

Охота производится следующим образом: к норе подходят за ветром без шума и немедленно затыкают все отверстия (или ставят в них большеячейные сетки около 120 см диаметром с пулями по краям, чтобы зверь лучше запутывался), кроме одного. Затем снимают ошейник с собаки и пускают ее в нору. Если такса не подаст голоса и возвратится обратно, значит, ничего в норе нет. Если же она начинает лаять, то внимательно (на животе, приложив ухо к земле) прислушиваются и начинают копать, чем подзадоривают собаку. Обязанность таксы заключается в том, чтобы загнать лису в тупик, не переставая лаять, и держать ее в осадном положении, пока их обеих не отроют. Собака, которая возвращается к охотнику, облаяв лису, мало ценится, даже если она была укушена, пришла показать свои раны и немедля снова лезет в нору. В каменистой почве, где копать нельзя, такса, как сказано, должна беспокоить, надоедать лаем, преследовать и щипать лису до тех пор, пока она не выскочит из норы под выстрел. Некоторым таксам удается совсем загрызть лису, но этот избыток усердия считается излишним, хотя случается, что они вытаскивают труп наружу.

 

Когда по лаю можно заключить, что лиса загнана в тупик, начинают копать (сверху) яму между собакой и зверем, что иногда требует немало времени; докопавшись до хода, загораживают заступом обнаружившееся отверстие и вынимают сначала таксу, затем просовывают к лисице палку и, когда она вцепится в нее зубами, схватывают щипцами и вытаскивают наружу. Необходимо каждый раз обмывать собаке глаза и раны, накормить после работы и дать выспаться; перед охотой не дают ничего, кроме корки хлеба и молока.

Охота на лису с норными собаками

«Настольная книга охотника-спортсмена»

 

В России охота на лисиц с норными собаками получила распространение сравнительно недавно. В наше время охота на лисиц с фокстерьерами и таксами пользуется большой популярностью среди охотников. Одни из них предпочитают охотиться на лисиц с таксами, другие — с фокстерьерами. И та и другая порода собак имеет свои преимущества. Порода фокстерьеров делится на гладко- и жесткошерстных собак. По лисице хорошо работают и те и другие. Однако жесткошерстные собаки лучше: у них массивнее костяк, они больше защищены шерстью от укусов зверя и не так страдают от холода, как собаки гладкошерстные.

 

Охота с фокстерьерами по своей технике не отличается от охоты с таксами. Разница сказывается только после неудачного выстрелa когда выскочившая из норы лисица лишь ранена и удаляется от норы. Фокстерьер, отличающиися незаурядной энергией, живостью и быстротой хода, мгновенно нагоняет раненую лисицу и душит ее. От таксы такая лисица неминуемо уйдет в кусты или в один из отнорков, так как такса не в состоянии догнать лисицу.

 

На норах, имеющих небольшое число отнорков, охотиться можно с собакой и в одиночку. На норах же «вековых», где отнорков бывает двадцать — тридцать, охотиться лучше вдвоем. Несколько охотников менее способны сохранять тишину — залог удачи на охоте с норными собаками. Чем тише ведут себя охотники на норах, тем скорее оттуда выскочит лисица. Если же лисица не только услыхала, но и почуяла или увидела охотника, она забьется в тупой отнорок, широко раскроет пасть навстречу собаке и будет отражать нападение. В этом случае иногда помогает следующий прием. Нужно тихо подойти к отнорку, где долгое время лает собака, и сильно ударить раза два торцовой частью кола метрах в полутора впереди того места, откуда слышен голос собаки; если кола нет под рукой, можно для этой цели воспользоваться лыжами, причем наносить удар нужно торцом пятки. В большинстве случаев лисица тотчас же уходит с места, где она затаивалась, и обычно мгновенно выскакивает из норы, конечно, если нора небольшая. Если же в норе много отнорков и ходов между ними, то лисица начнет ходить по норе, стараясь уйти от собаки, и через некоторое время выскочит из-под земли в самом неожиданном направлении. Подойдя к норе, охотник спускает со сворки собаку, обязательно без ошейника. Бывали случаи, когда собака, цепляясь ошейником за корни деревьев, погибала под землей, не будучи в состоянии вылезти из норы. Пускать в нору двух собак не рекомендуется, так как во время боя со зверем они приходят в такой азарт, что задняя собака, не будучи в состоянии продвинуться вперед к зверю, начинает рвать находящуюся впереди собаку и может сильно ее изувечить. Если лисица не выходит из норы долго, то лучше сменить уставшую собаку другой собакой. Опытная собака тотчас же осторожно скроется в норе, войдя в нее по главному отнорку.

 

Иногда же собака, пройдя мимо двух-трех отнорков, быстро скрывается в четвертом; это значит, что она уловила запах зверя, находящегося недалеко от этого отнорка. В это время охотник не должен топтаться около отнорка. Он располагается так, чтобы стоять сзади или сбоку от отнорка, на расстоянии пятнадцати — двадцати шагов от норы. При этом надо выбирать хорошее для обстрела положение, учитывая, что направление ветра должно быть от норы к охотнику. Через несколько минут охотник может услышать приглушенный землей азартный лай собаки. Это значит, что лисица найдена и охотнику надо быть настороже. Иногда бывает, что в норе сидит несколько лисиц. Эти звери постараются покинуть нору тихо и незаметно, так что охотник, увлеченный голосом собаки, раздающимся в ином направлении, может их и не увидеть.

 

Опытный и внимательный охотник обязательно обнаружит, как в одном из отнорков осторожно появятся черные треугольники лисьих ушей. Затем покажется острая мордочка. Быстро осмотревшись, лисица полным ходом пойдет от норы. Спустя некоторое время так же покинет нору и вторая лисица. Лисицы, с которыми собака вступила в бой, ведут себя по-разному. Одни, огрызаясь и отступая, довольно скоро вылетают оттуда, как метеоры. Другие, запутав собаку по узким внутренним ходам норы, тихо и незаметно уходят через такой отнорок, о существовании которого охотник и не подозревает. Об уходе лисицы из норы охотник зачастую узнает лишь тогда, когда из этого же отнорка с большим трудом вылезает собака.

 

Бывает и так, что лисица, приняв бой, сама идет в атаку. И охотник услышит тогда, как под землей собака то отступает, то наступает на зверя. Чаще всего через некоторое время эта лисица одним прыжком выскакивает из главного хода норы и, как изваяние из бронзы, останавливается у входа. Почти всегда это крупный сильный лисовин, не очень-то боящийся собаки.

 

Работа собаки в норе тяжела. Фокстерьер или такса весом 5—6 кг бесстрашно идут в бой с соперником, весящим иногда вдвое больше, и чаще выходят победителями. Бывают случаи, когда собака погибает, но не отступает. Много отваги, вязкости и злобы нужно иметь ей, чтобы биться непрерывно, порой много часов подряд, в темноте с соперниками, превышающими ее по силе.

 

Фокстерьер не должен быть очень сильным и высоким на ногах: высоким собакам трудно работать в норе. Излишне сильные собаки часто душат лисицу в норе, и вытащить ее наверх, даже если они специально приучены к этому, могут не всегда: зачастую мешают корни и камни, встречающиеся в отнорках. Слабая, но вязкая собака лучше: от нее лисица скорее оторвется и выскочит из норы. Учитывая, что стрелять на норах приходится на близком расстоянии, дробь нужно употреблять не крупную, лучше всего № 3.

Травля лисиц в узерку (на глазок)

 

Езда на глазок производится преимущественно по красному зверю, в особенности же по лисицам, которые всегда почти мышкуют и днем. Производится эта охота часто тогда, когда лисицу неудобно выслеживать за отсутствием порош. Чем больше борзятников будет участвовать в охоте, тем лучше. Ездят на глазок тем же способом, как и вравняжку, и вообще отличается эта охота только тем, что борзятники должны соображаться с направлением попадающихся нарысков.

 

Так как лиса боится верховых более, чем едущих в санях, на которых часто не обращает никакого внимания, то очень многие псовые охотники предпочитают травить на глазок с саней, как и волков на приваде. Только достаточно бывает одних саней и двух человек, из которых один правит. Всего лучше розвальни с широкими полозьями; в сани настилают соломы, сажают 2—3 собак, прикрывают ковром и ездят дорогами, межниками, опушками — вообще там, где замечали ранее лисиц или их свежие следы. Увидав лису, начинают ее съезжать на кругах, постепенно их уменьшая, и таким образом постепенно к ней приближаются. Необходимо только показывать вид, что едешь мимо, и не направляться прямо на зверя, так как в таком случае он близко не подпустит. При правильном объезде лиса сначала не обращает внимания на едущих, затем начинает присматриваться, даже становится на дыбки, а иногда ложится и затаивается.

Охота на лису с манком

 

В голодные для лисиц зимы, когда мало мышей, они в большинстве случаев мышкуют не ночью, а днем.

 

За мышкующими лисицами охотятся различными способами. Некоторые охотники, пользуясь знанием ходов зверя из одного участка поля в другой, предпочитают охоту нагоном. Этот способ состоит в том, что один или два охотника занимают лазы зверя, а третий понемногу поджимает лисицу к ним на выстрел. При охоте в одиночку в этом случае нужно пользоваться манком.

 

По первому снегу лисицу подманивают на писк мыши. Специалисты этого вида охоты предпочитают манить губами, подражая писку мышей. Писк у них часто выходит натуральнее, чем писк самой лучшей модели искусственного манка. Первый раз лисицу начинают манить еще тогда, когда до нее остается добрых полкилометра. Манить лисицу можно только тогда, когда она на ходу. Если же лисица стоит и прислушивается, ее манить нельзя. Обычно манить надо с небольшими перерывами. Убедившись, что лисица обратила внимание на звук и пошла в его направлении, охотник перестает манить, затаившись, терпеливо ждет, пока лисица не подойдет на расстояние верного выстрела. Чем бы ни отвлекалась лисица на своем пути, даже встретив и поймав мышь или спугнув русака, она все равно пойдет по тому направлению, откуда услышала писк, и с поразительной точностью придет на это место. Не рекомендуется манить лисицу, когда она находится на расстоянии ближе 150 м. Малоопытные охотники, продолжая манить лисицу ближе этого расстояния, рискуют тем, что она, уловив неправильную интонацию, вдруг остановится, прислушается и быстро уйдет прочь. Такая лисица в этот день на писк уже не пойдет.

 

В Тульской области, в районах, прилегающих к Оке, употребляют еще один интересный способ подманивания лисиц. Заключается он в следующем: охотник идет по берегу реки или прилегающего к лугам оврага; увидев мышкующую лисицу, он прячется за берег и проходит там немного вперед. Делается это потому, что лисица, даже с большого расстояния, обязательно заметит место, где кто-то спустился под берег, и будет этого места остерегаться. Под прикрытием какого-нибудь кустика, скрывающего выставленную из-под берега голову, охотник начинает манить лисицу писком мыши. Увидев, что лисица повернулась в его сторону, он бросает из-под берега черный шарик, скатанный из овечьей шерсти размером с небольшой лимон, чтобы не было видно руки. Таких шариков у охотника бывает с собой штуки три. К шарикам привязывается тонкая белая нитка длиной 5—8 м. За эту нитку охотник тянет шарик к себе. Получается подобие бегущей мыши. Лисица, увидев шарик метров за двести — двести пятьдесят, помчится к этому месту и попадет под верный выстрел. Интересно отметить, что брошенный таким образом черный резиновый мяч не производит на лисицу никакого впечатления. Очевидно, здесь дело заключается в том, что шерстяной шарик падает на снег бесшумно. Ближе к весне некоторые охотники предпочитают манить лисиц не на писк мыши, а на голос зайца, особенно если охотятся они в часы надвигающихся сумерек.

 

Охота на писк мыши должна производиться в основном в более или менее тихую погоду. Однако охотнику надо обязательно считаться с направлением ветра и манить с такого места, чтобы направление ветра было от него в сторону и не прямо на зверя. При этом желательна самая тщательная маскировка. Лисица слышит писк мыши в тихую погоду на расстоянии до 500 м. Но как бы лисица ни была увлечена этим звуком, она заметит малейшее движение охотника, ничтожный поворот его головы и, не подойдя на выстрел, немедленно свернет в сторону. Поэтому нужно готовиться к выстрелу заранее, сидеть неподвижно и хорошо маскироваться.

Охота на лисицу на приваде

А. А. Черкасов. «Записки охотника Восточной Сибири»

 

Многие зверовщики караулят лисиц зимою по ночам, так же как и волков, на падали. Гдe лисиц много, эта охота довольно добычлива, в противном случае — крайне утомительна и скучна. Надо заметить, что пуганая лисица подходит к приваде чрезвычайно осторожно и нередко фычкает носом, как бы пугая или узнавая, нет ли кого в засаде.

«Настольная книга охотника-спортсмена»

 

Среди сельских охотников весьма распространена охота на лисицу на приваде. Охотники, серьезно относящиеся к этому делу, имеют специально приспособленные землянки. Землянка копается в такой местности, где часто проходят не только местные лисицы, но и те, которые уходят во время глубокого снега из лесов в поля и степи, так называемые проходные. Яма, выкопанная в рост человека, накрывается крышей из ветвей, затем соломой или тростником и слегка присыпается землей. В стене, обращенной к приваде, делается окошечко приблизительно 20x20 см. Края окошечка оббиваются чем-нибудь мягким: войлоком, паклей или дерюжкой. Окошечко закрывается доской, тоже оббитой мягким материалом. В нижней части доски срезается угол, в который просовываются ружейные стволы, направленные на падаль. Приклад ружья лежит на упоре, в рогульке из дерева, укрепленной на полу. Пол усыпан опилками или сухими листьями. В противоположной стороне устраивается широкая лавочка для отдыха. В такой землянке тепло, и охот ник может провести в ней всю ночь даже в сильный мороз. Вся землянка замаскирована под общий фон местности и устроена так, что привада и подошедший к ней зверь проектируются на фоне неба. Это позволяет охотиться из землянки в темные ночи, когда не бывает луны. Зверь не чует находящегося в землянке человека и подходит к приваде безбоязненно.

 

Привада — труп крупного животного (лошади или коровы) — кладется осенью и на две трети туловища засыпается землей, чтобы не растаскивали птицы и собаки. Труп располагают так, чтобы головой он был направлен от окошечка землянки в поле, а хвостом — к окну (бойнице). При таком положении лисица, подойдя к приваде, все время будет располагаться боком к окну и не закроется от охотника тушей привады. Привада кладется в 25—30 м от землянки. Охота из таких землянок бывает очень удачна. Можно охотиться на приваду и из зданий, находящихся вдали от селений,— кирпичных сараев, стогов сена и т. д., но это уже не так удобно: такая охота может производиться только в светлые ночи. Причем не исключена возможность, что осторожный зверь, обходя приваду, почует охотника и к приваде не подойдет. Этого почти никогда не бывает при охоте из землянок. Лучшее время для охоты на приваде — это лунные тихие ночи. В сильные морозы лисица, как правило, привады не посещает-мерзлое мясо даже голодные з вери избегают есть в большой мороз Это в одинаковой мере относится не только к лисицам, но и к волкам.

Самолов на лису «Башмак»

А. А. Черкасов. «Записки охотника Восточной Сибири»

 

 

Если лисица от преследования охотника залезет в пустоту между плитами, валунами, что часто случается при охоте около россыпей и утесов, или же заскочит в нору, то промышленники поступают так: если видят, что ей выйти больше некуда, как только через то же отверстие, в которое она залезла, то, найдя дуплистое дерево, отрубают от него часть, имеющую вид пустого цилиндра или стакана без дна, около метра и менее длиною; на середине ее длины делают сквозную поперечную бороздку до половины толщины цилиндра, в которую приделывают опадную дощечку,— и ловушка готова; она здесь называется башмаком. Одним концом цилиндр, или башмак, приставляется к отверстию, куда залезла лисица, затем обкладывают его кругом камнями, чтобы лисица не могла его оттолкнуть и полезла бы непременно сквозь башмак.

 

Когда это будет сделано и все остальные дыры крепко забиты, опадная дощечка настораживается обыкновенным способом, как и прочие ловушки, посредством подчиночного кляпушка — и делу конец. Лисица, заметя отсутствие человека и не найдя другой дыры, куда бы она могла вылезть, но сквозь башмак увидя манящую дневную поверхность, решается ползти сквозь него, задевает сторожок, от чего опадная дощечка с грузом упадает, придавливает лисицу в башмаке — и лисица поймана. Промышленники имеют по нескольку штук готовых башмаков и употребляют их в случае надобности. Способ этот прост и удачен, им много добывают лисиц даже тогда, когда они сначала и ускользнут от рук человека. Чаще башмаки делают так: вместо деревянного цилиндра употребляют половину цилиндра, расколотого вдоль, то есть желоб такой же длины, в котором сверху прорубают небольшую поперечную щель, в которую и приделывают опадную дощечку с грузом. Башмак такого устройства ставится и настораживается одинаково с первым около лаза норы, в который залезла лисица.

 

Сторожок в обоих случаях делается с переднего конца ловушки. А — нора; а — деревянный цилиндр, полуцилиндр или желоб, то есть самый башмак; b — опадная дощечка с зарубкой; g — груз, небольшая плаха или полено; с — поперечная бороздка на башмаке, в которой ходит опадная дощечка b; d — сторожок с двумя зарубками; в верхнюю зарубку закладывается под-чиночный кляпушек k, который, лежа на подкладке r, другим своим заостренным концом подхватывает опадную дощечку b в сделанной на ней зарубке и тем поддерживает ее, ибо сторожок d нижней зарубкой в то же время задевает за край башмака. Расстояние от Н до бороздки с не должно быть более 22 см, так, чтобы лисица, пройдя в башмаке под опадной дощечкой b и задев сторожок dпо направлению, показанному стрелкою, сдернула бы его с зарубки и тем спустила бы опадную дощечку на себя; тогда эта дощечка по тяжести давяжка крепко придавит лисицу к земле поперек спины как раз на половине ее длины. Устройство простое и верное.

Охота с флажками

«Настольная книга охотника-спортсмена»

 

Охота на лисиц с флажками производится главным образом зимой. Если охота на лисиц с подхода требует минимального количества охотников (один-два) и их высокой квалификации, то охота с флажками — охота коллективная. Она бывает наиболее удачной, если в ней участвует несколько человек. Бригада из шести-семи охотников, не более, является самой удобной для охоты с флажками. Эта группа может с успехом брать самые трудные, не нагонные оклады, оставлять сильный заслон из двух-трех стрелков в предполагаемом месте прорыва зверя и, если зверь на ходу, одновременно вести быстрое парное офлаживание оклада. При этом количестве охотников можно увеличить и число стрелков на линии, и число загонщиков, если оклад по своей форме и направлению ветра ненагонистый и изобилует частыми местами и ямами, где зверь может притаиться. Большое число участников охоты с флажками не желательно, так как существенной пользы делу оно не принесет, а может нарушить тишину и маневренность бригады, что, безусловно, повлияет на успех охоты.

 

Охота с флажками не имеет большой давности. Она пришла на смену старым способам охоты на зверя и имеет огромное преимущество, например, перед облавой, которая требует для загона зверя большое число людей, а управлять ими — не всегда опытными в охотничьем деле — довольно трудно. Кроме того, охота с флажками требует меньше затрат, чем облавная; она более подвижна, при ней можно брать зверя, который находится на ходу. Флажки могут удержать зверя несколько суток в круге до приезда охотников. Наконец, в охоте с флажками могут участвовать лица, не имеющие достаточной охотничьей квалификации, без ущерба для результата, лишь бы в составе бригады был хороший окладчик, который является первым и главным лицом на охоте. Под его руководством производится оклад, затягиваются флажки, ставятся на номера охотники, расставляются и ведут гон загонщики. Все беспрекословно должны подчиняться ему.

 

После трех-четырех охот с флажками даже неквалифицированные члены бригады становятся уже сознательными охотниками, и только искусство окладчика требует долгого, внимательного изучения и практики. Охота на лисиц с флажками — одна из самых распространенных в нашей стране, особенно в средней полосе. В густонаселенных местах, где звери довольно часто встречаются с человеком,— это самый добычливый способ охоты.

 

Флажки бывают двух видов: одни — для охоты в лесу; другие — для охоты в полях, где нет кустов и деревьев. Флажки, употребляемые для охоты в лесах, представляют собой тонкую бечеву, а еще лучше нетолстый (до 2 мм в диаметре) шнур из корда, который не скручивается от сырости. К бечеве на расстоянии 75 см друг от друга пришиты узкими концами прямоугольные лоскутики материи размером 12x25см, скроенные лучше из кумача, имеющего специфический запах. Это обстоятельство крайне важно для результатов охоты, особенно в ночное время, когда зверь бывает затянут флажками и оставлен до следующего дня. Указанный размер 12x25 см является лучшим, так как флажки этого размера в сырую погоду не свертываются в трубочку, как это бывает с более узкими и длинными кусками материи. Кроме того, длинные флажки, развешенные на уровне глаз лисицы, касаются снега и примерзают к нему. Случалось, что мимо таких свернувшихся и примерзших флажков лисицы уходили ночью из круга.

 

Большинство охотников сматывает флажки на руку мотками. Но для этого требуется более толстая бечева, которая не скручивается. Этот способ при офлаживании и при сматывании занимает больше времени. Флажки лучше всего сматывать на особую катушку, которую при разматывании носят на ремнях за спиной, а при сматывании вешают через шею на грудь за особую лямку. С такой катушкой надо работать вдвоем. Один охотник спускает с катушки шнур, а другой развешивает и укрепляет его на должной высоте. При этом можно работать бегом, а это значительно сохраняет время, которое так дорого для охоты в короткий осенний и зимний день, когда порой не хватает каких-нибудь 20—30 минут, чтобы успешно закончить охоту. Размеры катушки: длина 50 см, ширина рамки 30 см, диаметр фанерных кругов 25 см, диаметр барабана 8—10 см.

 

При охоте с флажками обычно сначала делается оклад зверя, а потом уже оклад обтягивают флажками. Бывают случаи офлаживания заведомо верных мест, в которых предполагают присугствие зверя без предварительного оклада. Но эти случаи, как исключение, в счет не идут. Оклад должен быть не очень большим и не очень малым. В большом окладе трудно вести загон и весьма возможен прорыв зверя в сторону загонщика. При малом окладе можно спугнуть зверя с лежки, когда флажки еще полностью не развешены. Размер оклада зависит также от состояния снежного покрова, температуры воздуха и ветра. Все эти условия надо учитывать окладчику. В мороз, когда снег под ногами хрустит, а лыжи сильно скрипят, величина оклада должна увеличиваться, и проводить его надо, если возможно, по дорогам. Наоборот, в оттепель, по мягкому снегу, да еще при сильном ветре, когда шумит лес, размер оклада может быть значительно уменьшен. Он зависит также от местности и густоты растительности. Окладчик во время оклада руководствуется лазами зверя и направлением ветра. Он должен заботиться о том, чтобы проводились прямые линии флагов, и должен выбирать правильные места для стрелков.

 

Тянуть флажки надо от входного следа сразу по двум направлениям. Часто случается, что лисица, спугнутая с места неосторожной работой, желая незаметно скрыться, направляется своим же входным следом. Наткнувшись на флажки, она начинает искать выход. Пока она будет пытаться выйти вдоль флажков, окладчики сойдутся, и круг будет замкнут. Для офлаживания лисицы можно считать достаточным оклад в 1 км по окружности. Такой оклад в некоторых случаях считается даже большим. Иногда приходится скрадывать зверя на чрезвычайно малой площади, как выражаются окладчики, «на пятаке». Необходимо предостречь от увлечения малыми окладами: практика показала, что при них охотники часто терпят неудачу. Прямая линия флажков нужна для того, чтобы избежать образования «мешков». Мешком называется вы-пячивание линии флажков на небольшом пространстве. Зверь, попав в «мешок», видит флажки со всех сторон. Он пугается, переходит в карьер и прорывается через флажки. Лучше всего располагать флажки по двум прямым, слегка сближающимся у стрелковой линии. Иногда при помощи флажков удается исправить и удачно провести охоту в трудном, почти безнадежном по нагонности окладе.

 

Стрелковая линия обязательно располагается так, чтобы ветер от зверя дул на охотника. Боковой ветер при этом менее удачен. Стрелки на номерах расставляются так, чтобы зверя можно было увидеть заранее, при его подходе к стрелковой линии, а не внезапно. Стрелки должны стоять за каким-либо естественным укрытием, маскирующим их фигуру примерно по грудь,— не очень густыми кустиком, елочкой или сосенкой, так как зверь в большинстве случаев смотрит понизу. Если же окладчик видит, что на линии нет для стрелков естественного укрытия, он заранее вдали от стрелковой линии заготовляет одну-две сосенки или елочки и ставит их, когда уводит стрелков на номера. Ветки, мешающие обстрелу, осторожно срезаются еще до начала гона. Снег под ногами утаптывается, чтобы он не скрипел при повороте охотника в сторону зверя.

 

Необходимо точно знать места, где стоят стрелки, особенно соседи справа и слева, чтобы избежать несчастных случаев при стрельбе. Стрелок должен уметь вести себя на номере. Ему запрещается курить; кашлять можно лишь в шапку или рукавицу; нельзя быстро и резко поворачивать голову в стороны. Осматривать свой сектор обстрела надо, не поворачивая головы. Первое, что зверь видит,— это движение, особенно если оно резкое. Бывает, что еще до начала гона зверь сквозь кусты рассматривает на стрелковой линии вдруг появившуюся неподвижную фигуру охотника. И стоит охотнику резко повернуть голову или поднести руку к лицу, как лисица стремглав бросится от стрелковой линии. Она уже не пойдет на линию, а постарается прорваться через флажки или через загонщиков.

 

Одежда стрелка должна быть теплой, легкой, не стесняющей движений, удобной для стрельбы при любом ходе зверя и соответствовать по цвету общему фону местности. Ни в коем случае нельзя становиться на номере за дерево: в такой позиции стрелок может прозевать появление зверя, так как его кругозор и движения будут ограничены стволом дерева. Постоянно выглядывая из-за дерева то с одной, то с другой стороны, он даст возможность лисице обнаружить себя значительно раньше, чем увидит ее сам. Если же выбора нет, стрелку лучше стать вплотную впереди дерева. Человека, стоящего неподвижно у ствола дерева, лисица различает плохо. Вышедшую на номер лисицу выпускают в просвет между кустами на расстояние 20—30 м, целясь по передней части тела, стреляют дробью № 2 или № 1.

 

На широких прогалинах и на полянах, которые пересекает линия флажков, общая высота флажковой линии должна быть в основном одинаковой. Для этого флажки подпирают в нескольких местах срезанными ветками, воткнутыми в снег. Если флажки лежат на снегу или же закрыты наметом снега и не видны издали, лисица на большом ходу, наткнувшись на них в упор, не всегда повернет в сторону, а чаще перескочит через них.

 

Для охоты на полях и в степях применяют флажки, прикрепленные к палочкам, которые втыкают в снег в наклонном положении. Размер лоскутков материи — 20x25 см. Некоторые охотники пришивают лоскутки к тонкой алюминиевой проволочке, которую в свою очередь привязывают или прибивают на короткой веревочке к концу палки. Такой флажок, поставленный наклонно, шевелится даже в тихую погоду, когда ветра почти нет. При ветре такой флажок крутится во все стороны, так что линия из палочек с флажками, поставленными на расстоянии около 20 м один от другого, является грозной преградой для лисиц, перейти которую они никогда не решаются. Принцип постановки флажков на палочках такой же, как и на шнуре в лесу: прямые линии в форме воронки, только в зависимости от местности значительно удаленные одна от другой. Шире оставляют ворота воронки, где затаиваются стрелки, так как зверь в большинстве случаев ближе 25—35 м от линии флажков не идет. Поперек линии флажков и располагают номера стрелков, учитывая направление ветра, ход (лаз) зверя и окружающую местность.

 

Необходимо отметить, что на флажки сильнее реагируют лисицы. Поэтому ко всякому предмету, связанному с запахом и следом человека, лисицы относятся очень подозрительно и стараются от него отдалиться. На этой чрезвычайной осторожности лисиц и основана охота с флажками.

 

В местностях, где лисица живет охотой на диких зверей, птиц, мышей и не часто встречается с человеком, действие флажков на нее значительно слабее. Также любопытно отметить, что действие флажков на лисиц осенью и по первоснежью менее эффективно, чем в середине и конце зимы, когда следов человека в полях и лесах очень немного и все окружающие предметы закрыты снегом. Действие флажков в это время на лисицу и на волка неотразимо. Что же касается медведей, лосей, рысей и других зверей, водящихся в полях и лесах нашей страны, то отношение их к флажкам безразличное и охота на них с флагами не производится.

След (нарыск) лисы

«Настольная книга охотника-спортсмена»

 

 

Лисий нарыск похож на след небольшой собаки, но разница та же — в сжатости лапы и правильности поступи. Чаще всего лиса идет в одну линию, прокладывая, как и волк, весьма правильную ленту, но на жировке она ходит и в два очень правильных следа, может и четверить по-собачьему. Троп она никогда не делает, а, проходя каким-нибудь местом несколько дней сряду, каждый раз аккуратнейшим образом ступает в прежний след, нисколько его не сбивая и не растаптывая; мало того, идя назад тем же местом, лисица редко идет своим встречным следом, а выбирает другой путь. Лисица очень часто делает петли, подобно зайцу, но никогда не делает сметок. Во всяком случае она ложится головою в ту сторону, откуда пришла. Нередко она скрывает свой след в заячьем малике. Опытные промышленники отличают след самца от следа самки тем, что след первого кругл и чист, тогда как след последней продолговат, узок, остер и не так чист, потому что лисица-самка почти всегда задними ногами прихватывает снегу — черкает.

 

Для того чтобы в короткий осенний или зимний день как можно скорее добраться до зверя, нужно прежде всего руководствоваться его следом, то есть отпечатками лап на почве или на снегу.

 

След зверя на снегу, особенно по свежей пороше,— это довольно полная картина жизни зверя. Своим следом он рассказывает опытному глазу и о возрасте, о поле, и о том, где он был, когда и что делал, куда пошел, какое у него состояние, голоден он или сыт. Отпечатки лисьего и собачьего следа на снегу отличаются следующими признаками:

  1. Форма отпечатка лапы лисицы, особенно самки, удлиненная, овальная (лодочкой); у собачьей лапы отпечаток почти круглый.
  2. Отпечатан двух передних пальцев на следу лисицы вынесены вперед, и до них достают лишь когтями отпечатки крайних пальцев. Отпечатки же крайних пальцев на следу собаки захватывают отпечатки передних (средних) пальцев до середины, а когти крайних пальцев зачастую достают до конца отпечатков средних пальцев.
  3. У лисицы отпечаток на снегу недоразвитой пяточной мозоли значительно слабее и меньше отпечатка пяточной мозоли собаки. У собаки пяточная мозоль имеет резко выраженную форму червонного туза.
  4. Просвет между отпечатками средних пальцев и отпечатком пяточной мозоли у лисицы втрое больше, чем у собаки, у которой отпечаток пятки узкой своей частью почти касается средних пальцев и примыкает к крайним пальцам.
  5. Оттиск когтей на отпечатке следа лисицы тонкой, острой и правильной формы, так как лисица мало ходит по дорогам и твердому грунту, и поэтому когти ее остры. Оттиски же когтей собаки толстые, тупые, часто неправильной формы, так как собака больше передвигается по дорогам и твердому грунту или же сидит на привязи, от чего когти, отрастая, направляются в разные стороны.

 

Общий вид отпечатка лисьей лапы, сильно покрытой волосом, более легкий, как бы ажурный, по сравнению с рельефно оттиснутым следом собаки.

 

...Как бисер на ниточке, стелется лисий след по полю от кустика полыни к куче камней, от камней к одиноко стоящей дикой яблоньке. Это лисица идет своим обычным охотничьим ходом-трусцой, мелкой рысью, оставляя на снегу овальные, совершенно одинаковые, на равном расстоянии расположенные ямки следа. Вдруг отпечатки следов сближаются: это лисица перешла на шаг. Видны следы одногодвух прыжков, небольшой бугорок и ямка в снегу, одна-две капли крови... все, что осталось от мышки, которая пошла на завтрак лисице, и снова вьется бисерная нитка лисьих следов в поле. Вот она дошла до оврага, спустилась шагом на его дно, а на противоположную сторону пошел лисий след, похожий на заячий: это лисица галопом поднималась вверх. И снова продолжается лисий след трусцой в мелком, занесенном снегом березняке. Итак, следы у лисиц бывают следующих видов (аллюров):

  1. шаг (ход перед лежкой или нападением на добычу);
  2. мелкая рысь (трусца — обычный ход лисицы);
  3. крупная рысь (когда зверь спешит к определенной цели). При преследовании этот след показывает, что зверь начинает успока-иваться, так как он перешел с карьера на галоп, а затем на рысь;
  4. след наметом (сдвоенный след — лисица торопится к определенной цели);
  5. галоп (лисица обычно идет галопом, спасаясь от преследователя, который находится на большом расстоянии от нее, или же поднимается со дна оврага на его берег);
  6. карьер (ход, которым лисица уходит в большой панике от внезапной опасности или же мчится, догоняя свою добычу).

Свежесть следа лисицы.

 

Охотнику необходимо уверенно разбираться в свежести следов лисицы, иначе можно проходить целый день по следам, а лисицы так и не увидишь.

 

След лисицы, проложенный за 15—20 мин. до момента подхода к нему охотника, мягкий, в оттепель как бы восковой, «теплый», а в мороз отпечатки следа между пальцами еще не оледенеют и у передней части ямки будут заметны легкий валик из снега и крошки, вывернутые лапой на поверхность снежной пелены, которые легко сдуваются с места, если над ними махнуть рукавицей или дунуть. Цвет следа темный, синеватый.

 

У следа давностью два-три часа на отпечатках пальцев и пятки образуется уже легкая ледяная корка, легко ломающаяся при прикосновении к ней пальцами, крошки снега примерзают и распыливаются, валик снега у передней части ямки сглаживается. Общий цвет следа более светлый.

 

След большой давности не продавливается пальцем даже при значительном усилии: он оледенел внутри и по краям. Снежный валик, находившийся впереди отпечатка ямки следов, сгладился с общей поверхностью снега, от крошек и комочков снега: окружавших след, ничего не осталось. Цвет следа делается белесоватым. Если подкопать такой след и поднять его на руке, то он не развалится, а, как чашечка, будет держаться на руке с примерзшим снизу слоем снега в виде столбика.

 

Старые следы обычно в какой-то мере запорошены снегом, навеянным ветром, или частично скрыты недавней порошей. Бывает и так, что старые следы рельефно возвышаются над общей поверхностью снега, как бы плотно забитые ватой. Свежий след в таком случае вдавлен в снег. Если на мелком снегу по отпечаткам пальцев отчетливо видно направление хода зверя, то это не всегда хорошо заметно на глубоком снегу, когда отпечатки пальцев уже засыпаны. В таком случае, нужно приглядеться, с какой стороны ямка следа более отвесна: в ту сторону и ушел зверь.

 

Указать направление хода зверя могут отпечатки травинок и веток, придавленных к снегу лапами и корпусом зверя в направлении хода. Сбитый с веток снег или иней ложится на снег в направлении хода зверя. При движении рысью или шагом по глубокому снегу зверь, поднимая и опуская ногу в снег, оставляет на нем около ямки следа две неравные черты. Поднимая ногу, зверь проводит на снегу борозду в виде короткого, острого треугольника, вершина которого кончается там, где нога зверя поднялась в воздух. Эта борозда называется «выволокой». Опуская ногу в снег, зверь начинает все глубже и шире чертить борозду, пока лапа не станет отвесно на грунт. Борозда на поверхности снега, образуемая от опускания лапы зверя, называется «поволокой»; она всегда значительно длиннее «выволоки». «Выволока» точно указывает, в какую сторону идет зверь.

 

По очень глубокому снегу, когда нельзя разобрать, где «выволока» и где «поволока», так как они сливаются в непрерывную линию, приходится идти следом до того места, где лисица, попав в еще более глубокий снег или же спустившись в овраг, перешла на галоп. В этом случае она обязательно покажет истинное направление следа.

 

В сильную поземку более свежим будет след, у которого с той стороны, откуда дует ветер, имеются теневые линии. Этот след имеет густую синеву, которая просвечивается узкой полосой вдоль стенки следа сквозь снег, закрывший его сверху. Старые же следы сплошь заби-ваются снегом и выделяются своей белизной.

 

В оттепель оставленный зверем след значительно больше, чем в мороз. Если охотнику встретились на поле два следа лисиц и один из них петляет туда и сюда, часто возвращаясь к одному месту, то это след голодной мышкующей лисицы.

 

След же сытой лисицы более прямолинеен, в нем расстояние между ямками следа короче, и он держит направление к тихим, укромным местам, где обычно днюют лисицы. Зависимость следа от высоты и состояния снежного покрова, от погоды, температуры, ветра очень велика. Только внимательное повседневное наблюдение на практике при разном состоянии погоды, тщательное изучение следа лисицы дадут необходимые и ценные знания охотнику. Они же и помогут ему правильно разобраться в запутанных следах этого осторожного зверя, а неопытных охотников избавят от огорчения и напрасного труда при долгом преследовании лисицы по старому следу. Умение разбираться в следах сократит охотнику время оклада и обнаруживания зверя, обеспечив этим самым успех охоты.

Календарь

 

Январь.Держится у опушек мелколесья, откуда выходит кормиться в поля; если снег окреп, то держится исключительно в поле. Охота в объезд на санях; с псковичами; изредка подстерегают на падали. Заганивание (в степи).

 

Февраль.В наст выходит из чащей в поля. На юге течка на-чинается с первых чисел; в средних областях — большей частью в конце. Охота та же, что и в январе, скрадом и на тропе, во время течки.

 

Март.Течка в средних, потом в более северных областях (в напольных местах, с крепким настом, по редколесью). В конце месяца на юге ранние пометы. Линька. Охота нагоном (до средины месяца). Охота скрадом на тропе во время течки.

 

Апрель.В более южных местностях большая часть щенится в первой половине; в Средней России — во второй и в конце месяца (в моховых болотах, старых сечах, оврагах, в барсучьих норах). Лисят 4—8. В начале или в средине старые лисы совсем вылинивают (в центральных областях).

 

Май.Линька. Поздние помёты (в средней полосе). Держится в чащах, оврагах и т. п. На юге и юго-востоке добывают лисят из нор.

 

Июнь.Держится близ нор.

 

Июль.Держится близ нор. Начинает линять. В конце ходит с молодыми.

 

Август.Молодые рыжеют, в конце выцветают старые. Во второй половине ружейная охота с гончими и травля борзыми.

 

Сентябрь. Молодые в более южных местностях ходят отдельно от старых. В средних областях старые с первых чисел начинают выцветать. Начинают выходить в поле — мышковать. Охота с гончими, борзыми, с беркутом и с загонщиками.

 

Октябрь.В первой половине совсем выцветают, и у молодых вырастает ость на трубе. В средних областях выводки обыкновенно не разбиваются до первых порош. Держатся в болотистых зарослях, по чащам и в камышах. Псовая охота с гончими и внаездку (в степных местностях). Ружейная охота с гончими и загонщиками. Охота в камышах (на юге) с перетяжкою (веревкою).

 

Ноябрь.В средних областях в начале месяца молодых выкунивает. Держится больше в крупном лесу и в средине островов; в конце начинает выходить на поля и мышковать. Охота нагоном по псковскому способу и в объезд на санях. Облавой по белой тропе (в западных областях). С борзыми по пороше. Подкарауливание на падали.

 

Декабрь.С глубоким снегом перебирается в чащи. Охота та же.

НАЗАДОГЛАВЛЕНИЕВПЕРЁД

200x300 new

Яндекс-реклама

vazuzagidrosystem200x300(2)

downloadtv.net