Главная  //  Пресноводные рыбы России  //  Чолмужский сиг. Охота и рыбалка в России

 

НАЗАДОГЛАВЛЕНИЕВПЕРЁД

КАРАСЬ

Карась принадлежит к числу весьма распространенных рыб. Только в Испании он разведен искусственно, а во Франции почти вовсе не встречается, водится в небольшом количестве в Эльзасе и Лотарингии. В России, он распространен до Архангельска, а в Финляндии до 64—65° с. ш.; его нет только, кажется, в Крыму и Закавказье, по крайней мере, он там не был еще никем найден. На востоке карась идет очень далеко в Сибирь и, по-видимому, не встречается там только на Крайнем Севере и Востоке (на Камчатке). В Туркестанском крае, где карп весьма обыкновенен, карась найден только в арыках Амударьи. Вообще эта рыба принадлежит исключительно болотистым, низменным озерам; в горных озерах и вообще в горных местностях карась составляет довольно редкое явление.

КАРАСЬ (Carassius carassius L.)

  • легко отличается от всех других наших пресноводных рыб своим более или менее круглым туловищем, сильно сплющенным с боков, хотя он все-таки значительно толще леща. Слово «карась», как известно, придается иногда в нарицательном смысле — и толстого, неуклюжего человека как раз назовут этим прозвищем. Своим высоким, сжатым телом и отсутствием усов карась легко отличается от ближайшего своего родственника — карпа, так же как числом и положением глоточных зубов, которых у него по 4 с каждой стороны и в одном ряду. Впрочем, караси, по примеру карпов и вообще всех рыб, которые по своей организации могут жить при самых разнообразнейших условиях, имеют множество разновидностей, весьма отличных не только по цвету и величине, но и в самой форме. Но все эти многочисленные вариететы могут быть отнесены к двум видам или, пожалуй, породам — круглому, или обыкновенному золотистому карасю, и продолговатому, или серебряному.

Жизнь и ловля пресноводных рыб.- Изд.: Эксмо, 2010.

 

 

Главные различия между круглым и продолговатым карасем видны из самих названий их. Первый гораздо шире (высота его составляет 2,5 длины всего тела), спина у него поднимается от затылка крутой дугой; обыкновенно он бывает более или менее темно-золотистого, иногда красновато-золотистого цвета.

 

Продолговатый карась имеет более удлиненное туловище, спина у него образует гораздо менее выпуклую дугу, так что высота его составляет около 1/3 всей длины тела; чешуя на нем серебряная, но иногда принимает черноватый оттенок; хвост более вырезан. Местопребывание как тех, так и других карасей почти одинаково: как круглый, так и серебряный караси живут исключительно в стоячих водах, также в тихих заливах и старицах рек, но последний, впрочем, чаще первого встречается в проточной воде, особенно в реках, почему иногда и называется озерным, или речным, карасем.

 

Следует заметить, что серебряный карась у нас относительно формы тела подлежит гораздо большим изменениям, нежели круглый, и у него не только тело бывает удлинено в различной степени, но изменяется иногда и форма головы, отчего он получает как бы совсем другой вид.

 

Между разновидностями продолговатого карася особенно замечателен т. н. степной карась, или подройка, подрыйка, который многими рыбаками юго-западных губерний принимается за особый вид. Эти караси отличаются весьма небольшой величиной, зависящей, вероятно, от того, что они живут в небольших озерах и притом в относительно большом количестве, так что чувствуют заметный недостаток в пище. Таких крошечных карасиков, не более 15 см, я встречал в Пермской и Ярославской губ., тоже в небольших озерах и прудах, даже в ямах, вообще в таких местах, где по неудобству ловли сетями или но причине отдаленности от жилья, обилия крупных карасей и других более ценных рыб на них не обращают внимания. Иногда эта малорослость замечается и между золотыми карасями, а случается, что в таких неблагоприятных условиях находятся и оба вида вместе. По свидетельству Кесслера, у степного карася голова заметно острее, спинной плавник ниже и у основания хвостового с каждой стороны лежит по темному поперечному пятну, которое довольно редко встречается у обыкновенных серебряных карасей и никогда не бывает так заметно.

 

Оба вида карасей — круглый и серебряный — встречаются почти во всех местностях России, но, на основании моих наблюдений в Пермской губ. и принимая в соображение наблюдения профессора Кесслера, надо полагать, что первый многочисленнее и достигает наибольшего роста в северо-восточных губерниях, между тем как серебряный карась чаще встречается и гораздо крупнее круглого на западе и северо-западе России.

 

В настоящее время оба карася разводятся повсеместно, и довольно трудно определить коренное местопребывание обоих видов. Однако, так как в Западной Европе караси появились в позднейшие времена, даже очень недавно, мы не будем далеки от истины, если примем за родину его озера ледникового периода Северо-Восточной Европы и Западной Сибири. Если бы мы могли провести историческое исследование первоначального распространения обоих видов, то можно было бы с большой достоверностью указать, какой именно вид произошел от другого.

 

Перехожу к образу жизни. Так как в этом оба вида представляют небольшую разницу, которая заключается главным образом в том, что серебряный карась чаще встречается в проточной воде, чем золотой, то мы не будем говорить о каждом отдельно.

 

Карась живет в более или менее значительном количестве не только во всех озерах, прудах; но часто попадается и в полуподземных озерах, почти совершенно затянутых трясиной, и в небольших ямах, где совершенно немыслима жизнь какой-либо другой рыбы. Можно даже положительно сказать, что чем хуже свойства воды обитаемого ими бассейна, чем иловатее пруд или озеро, тем караси многочисленнее и быстрее развиваются.

 

Тина — их стихия. Здесь добывают они пищу, состоящую исключительно из органических остатков и частиц, также мелких червяков, а на зиму совершенно зарываются в этот ил и остаются живы даже тогда, когда в жестокие бесснежные зимы мелкие стоячие воды вымерзают до самого дна. Бывали примеры, что карасей выкапывали живыми из ила совершенно высохшего пруда, с глубины 70 см.

 

Золотые караси вообще значительно выносливее серебряных. Отсюда понятно, почему в настоящее время редко встретишь хотя бы самый незначительный пруд или озерко, в которых бы не было разведенных или случайно попавших карасей. Последние, как известно, после половодья часто замечаются в самых небольших колдобинах на заливных лугах. Иногда караси появляются внезапно в совершенно обособленных бассейнах, но это обстоятельство может быть легко объяснено тем, что карасья икра, прилипая к перьям водяных птиц, легко заносится даже на довольно значительную высоту и не только развивается здесь у молодых рыбок, но эти, последние, найдя себе изобильную пищу, через несколько лет размножаются в такой степени, что озеро или пруд, до сего времени казавшиеся безрыбными, через пять лет кишат карасями.

 

Вообще карась может водиться во всякой воде, и если иногда и бывает редок в реках и нескольких озерах, то это, конечно, всего более зависит от того, что он при первом удобном случае старается уйти в более спокойные и тинистые воды.

 

Толстое, неуклюжее тело его не может справиться и с довольно медленным течением, а при песчаном или каменистом дне ему негде добывать себе пищу и негде укрываться от хищных рыб, которые, конечно, пользуются его неповоротливостью и вскором времени вконец истребляют как его, так и его икру и молодь.

 

Доказательством того, что карась вовсе не боится холодной воды, может служить то, что он нередко, особенно в уральских водах, встречается и в родниковых ямах — обстоятельство, замеченное еще покойным Аксаковым. Во всяком случае понятно, почему караси всего многочисленнее и крупнее в замкнутых и тинйстых, почти заросших озерах и прудах, где нет, да и не может быть никаких других рыб.

 

В небольших бассейнах, особенно вблизи от жилья, караси редко достигают более 1 — 1,2 кг веса, но при благоприятных условиях, особенно на севере, они имеют несравненно большие размеры, и тогда уже растут исключительно в толщину или вышину. Обыкновенно рыбаки говорят, что карась к осени вырастает не более как в «старый грош», а делается способным к размножению на третьем году и в весьма редких случаях достигает веса 400 г ранее четырех, даже пяти лет. Большая часть трехгодовалых икряных карасей, как известно, обыкновенно бывает значительно менее 200 г. Нормальная величина двухгодовалого карася 4 см, но при изобильной пище, если бросать карасям корм, караси будто бы на втором году (вероятно, в 2 года) достигают 300 г.

 

Без всякого сомнения, рост карася, как и всякой другой рыбы, зависит главным образом от количества пищи, а так как он питается исключительно растительными веществами, то понятно, почему в бассейнах с песчаным дном, лишенных водяных трав, он растет весьма медленно.

 

В некоторых случаях внезапный мор карасей зависит исключительно от необычайного количества карпоедов. Огоит только взять живого карася и пустить вместе с ним в какую-нибудь посуду штук 10—20 Argulus, как последние живо налипают на него, в одну минуту, «словно собаки», отгрызают хвост и перья, рыба теряет равновесие, всплывает и делается окончательной добычей этих хищников, так что на полумертвых карасях можно найти более 100 впившихся карпоедов, которые после смерти немедленно покидают свою жертву.

 

Нередко причиной замедления роста карасей бывают также ленточные глисты; иногда во внутренностях можно найти несколько штук их, но эти внутренностные паразиты все-таки встречаются у карасей реже, нежели у многих других рыб. Такие глистоватые, иногда и крупные караси очень часто бывают вовсе лишены икры. Молодые карасики в огромном количестве истребляются многими водяными насекомыми, в особенности плавунцами и водяными скорпионами.

 

Вообще карась, по исключительности своего местопребывания, много страдает и от насекомых и прочей «гадины», которая беспрепятственно размножается в стоячих водах, особенно иловатых и заросших травой. Икру и только что выклюнувшуюся молодь его истребляют во множестве зеленые лягушки, даже тритоны, которые так же, как и первые, очень часто обитают вместе с карасями. Самые же отъявленные истребители икры и мальков карасей, бесспорно, плавунцы — большие водяные жуки; прочие водяные насекомые, как, например, водяные клопы и др., далеко не приносят им такого значительного вреда.

 

Плавунцы нередко поедают или портят уже довольно больших карасиков, преследуют даже совершенно взрослых, и недаром рыбаки считают их самыми злейшими врагами этой рыбы, которая не отличается проворством и часто не успевает спастись от них бегством. Взглянув на толстое, неуклюжее тело карася, желудок которого почти во всякое время года битком набит зеленой грязью, станет понятной его вялость и неповоротливость, обусловливаемая отчасти и растительной пищей: карась не нуждается в быстроте движений, так как корм у него, как говорится, под носом.

 

Зарывшись наполовину, иногда выставив один хвост, копается он в вязком иле и в этом положении чаще других рыб подвергается нападению различных водяных насекомых, паразитных рачков, а также хищных рыб. Только по вечерам и ночам, в ясный жаркий день, иногда в полдень карась выходит отсюда к берегам и лакомится молодыми стеблями водяных растений, особенно побегами камыша. В эту пору часто слышится его чавканье и чмоканье, по которому нетрудно отличить карася от других рыб, и только в это время попадается он в сети. На зиму, в ноябре и декабре, по недостатку воздуха, частью пищи, караси забираются в тинистые глубокие ямы, а в мелких промерзающих озерах даже и вовсе зарываются в тину и выдерживают невзгоду, все глубже и глубже зарываясь в нее; но, конечно, в жестокие бесснежные зимы, в очень мелких стоячих водах и эта выносливая рыба делается жертвой мороза и совершенно закоченевает. Совершенно замерзший карась может снова ожить спустя несколько часов. В сыром мху карась проживает до трех суток. Это самые прочные живцы для всякой хищной рыбы, но используются они сравнительно редко, так как окуни, и в особенности щуки, берут на них гораздо менее охотно, чем на других рыб.

 

В глубоких тинистых ямах, более или менее зарывшись в ил, караси проводят всю зиму и начало весны, и только когда пруд или озеро совершенно очистятся ото льда, начинают показываться у камышистых берегов. Собственно говоря, главный выход их начинается незадолго до нереста, когда вода уже значительно потеплеет, помутнеет, когда поднимутся со дна водяные травы и зацветет шиповник.

 

Смотря по климату, погоде, также местоположению озера, игра карася начинается раньше или позже, но обыкновенно он мечет икру почти после всех рыб (кроме линя и карпа): на юге — в начале мая, в Средней России — в средине или в конце мая, а на севере даже в июне.

 

Замечено также, что в заросших озерах, покрытых плавучей трясиной, караси всегда нерестятся позже, нежели в открытых озерах. Это обстоятельство зависит от той простой причины, что эти трясины (на северо-востоке называемые иногда лавдами) часто оттаивают только в июне и вода в таких полуподземных бассейнах очень долго не принимает надлежащей температуры. Для нереста карася, вернее для развития икры, необходимо, чтобы вода была не холоднее 13, даже 14° С, и потому навряд ли икра его может успешно развиваться в ключевых ямах, где, тем не менее, он встречается иногда в довольно значительном количестве.

 

К этому времени карась собирается в густые, иногда весьма многочисленные, стаи и идет в береговые камыши и ситовники (тростники), где и производится сам процесс метания икры. Осоки он не любит, но часто, особенно на Севере, где камыши и тростники составляют большую редкость, он играет во мху и на него же выпускает свою мелкую желтоватую икру, икринки которой, имеющие величину макового зерна, считаются десятками тысяч; они во множестве прилепляются к подводным растениям или же плавают кучками в виде клочьев шерсти на поверхности, где и делаются добычей водяных птиц.

 

Вообще икра карасей, да и большей части карповых рыб, имеет одинаковый удельный вес с водой и может плавать на всякой глубине. Сам нерест карасей весьма непродолжителен и хорошо, если продолжается два утра, причем прежде всего выметывают икру самые крупные — обыкновенно одно утро, и заканчивается к полдню. Поэтому карась идет весьма дружно, и если следить за ним, то игра его замечается и наблюдается легче, чем у большинства других рыб. Обыкновенно икряники — самки — находятся на дне, где и трутся, наверху же вертятся и выпрыгивают самцы, которые в конце концов оборачиваются кверху брюхом или боком и начинают один за другим изливать молоки на икру, выпускаемую одновременно самками. Пена и муть стоит тогда над собравшейся стаей рыбы, в утренней тишине далеко слышно ее шлепанье и характерное чмоканье, шелестят верхушки колеблющегося камыша, всюду плавает мох; кишмя кишат караси, и весло рыбака так и трется об них.

Ловля карася.

 

 

По вялости клева и малому сопротивлению, оказываемому пойманным карасем, ужение этой рыбы не особенно интересно и для речных охотников еще скучнее, чем ужение линя. Последние редко попадаются на удочку менее 400 г весом, тогда как мало таких прудов и озер, где бы часто попадались 400-граммовые караси. Но так как есть много мест, где поневоле приходится ловить только карасей, и так как есть даже большие любители их ловли (вернее жаренных в масле карасей), то считаю необходимым сказать несколько слов об ужении этой рыбы, к которому сам прибегал только в крайних случаях, когда не было никакой другой. По моему мнению, рыба должна цениться охотником не по качеству и вкусу мяса, а только по степени трудности ловли и величине сопротивления, ею оказываемого.

 

Кроме того, карась, по отношению к клеву, принадлежит к самым непостоянным рыбам: сегодня он берет отлично, завтра совершенно не клюет, и трудно объяснить почему. Дней с хорошим клевом карася в году очень мало, меньше, чем у других рыб. Там, где караси малочисленны или, кроме них, живут и другие рыбы — лини, гольцы или верховки,— они иногда вовсе не берут, разве случайно, после нереста.

 

Лучший клев карася, и притом более постоянный, замечается только в чисто карасьих прудах, где нет никакой другой рыбы, кроме разве верховки — почти неизменной спутницы карася в стоячих водах Средней и Южной России, начиная с межевых и «кирпичных» ям. Если карасей в таких местах не ловят бреднями, то они разводятся в таком большом количестве, что пищи им уже не хватает, и они поэтому бывают очень голодны и берут чуть не ежедневно с весны до поздней осени. Но таких мест очень мало, и притом здесь караси очень мелки, около 9 см, так что ловля их не доставляет особенного удовольствия.

 

Самое лучшее время года для ужения карася — это июньские и июльские дни, после того как он выметал икру. Местами, кажется, в более чистых, т. е. не зарастающих, малокормных и более мелких, скоро прогревающихся прудах караси недурно берут и в мае. В августе клев их ослабевает или вовсе прекращается, хотя есть пруды, в которых они сносно берут и в теплые сентябрьские дни. Но с наступлением утренников караси начинают зарываться в ил и уже не идут ни на какую, даже самую лакомую приманку. Впрочем, окончательно залегает карась незадолго до замерзания пруда, позднее линя и карпа, которые гораздо чувствительнее его к холоду, что и объясняет их меньшее распространение на север.

 

Карась постоянно держится в траве и редко выходит из нее на совершенно чистые места, особенно там, где встречаются щуки и другие хищники, а потому ловят его большей частью с берега и редко бывает надобность в лодке. Всего лучше заблаговременно расчистить небольшое местечко, в 1 — 1,5 кв. м, среди зарослей водяных растений - кувшинок, горошницы (Potamoaeton), водяных елочек и других.

 

Эту расчистку лучше всего производить при помощи длинных железных грабель. Глубина в этом месте должна быть не менее 70 см, еще лучше, если она будет в два раза больше: крупные караси подходят близко к мелким берегам только ночью или когда стемнеет.

 

Некоторые рыболовы советуют посыпать расчищенное место песком, но я считаю это излишним потому, что песок может быть полезен лишь в том случае, когда приходится ловить со дна на насадку темного цвета, которая поэтому на черном иле почти незаметна. Карасей же почти всегда удят на весу.

 

Лучшим временем дня для ужения считается раннее утро, до 9—10 час. утра (летом); под вечер карась тоже берет очень хорошо, хотя и хуже, чем утром. Местами, а может быть всюду, в жаркие дни, когда караси гуляют на солнце, лучший клев их бывает около полудня. Впрочем, в это время они берут почти поверху, о чем сказано далее. Есть, наконец, пруды, где карась лучше всего берет ночью. Крупный (т. е. более 400 г) везде попадается на удочку только ранним утром или поздним вечером.

 

Для ловли используются самые простые снасти: легкие удилища длиной от 3 до 4 м, без катушки, совершенно излишней и даже вредной; леска волосяная в 4—6, редко 8 волос, только в травянистых местах и там, где попадаются 1,2-килограммовые караси; шелковые лески хуже потому, что в прудах вообще, а карасьих в особенности, они очень скоро гниют, даже если они просмолены, т. е. покрыты непромокаемым составом.

 

Мелкие водоросли, может быть, также мелкие рачки (дафнии циклопы) действуют на шелк крайне разрушительно, и он очень скоро здесь сопревает. Поплавок должен быть легок и чувствителен и делается большей частью из осокоря, кусочка куги или небольшой пробочки. Грузило небольшое; крючок, на поводке из тонкой жилки, никогда не бывает крупнее № 5; предпочтительнее № 8 или 9, но размеры его, разумеется, обусловливаются насадкой и размерами карасей, водящихся в данном месте. Некоторые рыболовы ловят крупных карасей по ночам на донные, закидочные удочки, как лещей, и на более крупные крючки.

 

Для того чтобы много поймать карасей, необходима привада, т е. надо заблаговременно приучить их искать корм на избранном для ужения месте. Карась — рыба вялая, ленивая, бродит мало и редко, еще реже линя, и почти не удаляется от своей главной резиденции: благоприятная пища, т. е. трава и водоросли, а то так и тина, у него под боком. Но, как и у всех рыб с мясистыми губами, вкус и обоняние у него довольно хорошо развиты, он любит полакомиться и пахучую приманку слышит с довольно значительного расстояния, даже в стоячей воде, где запах распространяется во все стороны, а не в одном только направлении, как в реке.

 

Чем пахучее будет приманка, тем лучше, а потому ее сдабривают различными пахучими маслами льняным, конопляным, к которым прибавляют несколько капель какого-либо эфирного масла (анисового, мятного, лавандового) или же лавровишневых капель. Последние имеют для карасей несомненно большую привлекательность. Мне известны случаи, что караси очень хорошо шли на прикормку, смоченную керосином. Собственно прикормкой служит хлеб, гречневая и пшенная каша, также творог; последний опускается в воду в кульке или в мешке из рединки и считается едва ли не лучшей прикормкой, что весьма понятно.

 

Обыкновенно насадку пускают на 4—9 см от дна, но в жаркие солнечные дни, когда караси ходят густыми стаями поверху, их необходимо ловить почти поверху, пуская насадку очень мелко, на 9 см от поверхности воды. Особенно успешно бывает ужение карасей, когда сильным ветром собьет всю ряску в какой-либо угол пруда. Эти рыбы очень лакомы до молодых листочков и корешков плавучей травки и собираются тут массами, так что если есть возможность забрасывать насадку на границу зелени, то можно всегда рассчитывать на блистательный улов. Ловят, конечно, поверху.

 

Иногда карась ловится на червеобразные полоски мяса, хотя на червей и не берет. На зауральских озерах караси почему-то вовсе не кормятся мормышами (Gammarus), которых в карасьих озерах всегда бывает великое множество. Я думаю, что неповоротливый карась не в состоянии поймать шустрого мормыша летом, а зимой и ранней весной, когда мормыш составляет главную пищу других озерных рыб, караси пребывают в спячке, закопавшись в ил.

 

Поклевка карася не имеет определенного характера и довольно разнообразна. Вообще о ней можно сказать только, что она тихая и неверная, так что примениться к ней можно после хмногих промахов: преждевременные и запоздалые подсечки неизбежны. Мелкий карась обыкновенно ведет насадку и поплавок в сторону; это движение поплавка сначала постепенно ускоряется, затем становится тише. В этот момент замедления и надо подсекать. Иногда поплавок, прежде чем плыть в сторону, начинает припрыгивать. Крупный и даже средний карась берет вроде линя и леща. Поплавок слегка вздрагивает или припрыгивает, затем идет в сторону и ложится набок. Подсекают, именно когда поплавок начнет ложиться; если же опоздать, то карась обыкновенно успевает выплюнуть насадку. Он почти всегда берет вяло и не скоро проглатывает корм, если только не очень голоден, предварительно смакует его, держа в губах, почему часто накалывается, почти никогда не попадаясь самоловом, без подсечки. Очень большие караси иногда очень долго водят поплавок, подобно линю. Обыкновенно ловят на несколько удочек, редко менее трех, как и линей.

 

Вытаскивание мелких и средних карасей не сопряжено ни с какими трудностями, так как они оказывают лишь незначительное сопротивление, меньшее, чем все другие рыбы (кроме прудового леща) одинакового роста или, вернее, веса. Крупных карасей, около 1,2 кг и выше, конечно, нельзя вытаскивать через голову, но они далеко не так упористы, как лини, и скорее утомляются, всплывая наверх боком, подобно лещу.

 

Хотя прудовый карась почти всегда более или менее отдает тиной, но, будучи изжарен в сметане, он теряет этот запах и составляет довольно изысканное кушанье, имеющее многих любителей. Уха из карасей, а тем более вареные караси — довольно невкусны, главным образом потому, что пахнут травой; караси, пробывшие несколько дней (неделю) в проточной воде, теряют неприятный вкус, но все-таки карась хорош только в жареном виде. Интересен способ приготовления в Северо-Восточной Сибири, описываемый Аргентовым.

 

Гастрономы города Якутска начиняют крупных карасей сарачинским пшеном (рисом) с различными пряностями, вынимая только желчь и оставляя все внутренности; затем жарят (пекут) в истопленной, уже закрытой печи на сковороде, с ореховым (кедровым) маслом.

 

Карась — такая выносливая и настолько распространенная рыба, что о разведении его не стоит и говорить. Его нет только в недавно выкопанных прудах или там, где он не может выдержать борьбы за существование с другими видами. В небольших и неглубоких непроточных прудах может жить только карась, так как лини, а тем более карпы, рано или поздно в них задыхаются зимой. Однако и для карасей проруби необходимы, так как не все успевают зарываться в ил; особенно много погибает мелочи. При большом количестве прудов и благоразумном лове караси могут служить довольно крупной статьей дохода, особенно в подгородных усадьбах. В таких местностях, где нет ни своих карпов, ни привозных сазанов, разведение карасей может быть даже выгоднее, чем разведение карпов.

 

НАЗАДОГЛАВЛЕНИЕВПЕРЁД

200x300 new

Яндекс-реклама

vazuzagidrosystem200x300(2)

downloadtv.net