Главная  //  Охотничьи звери и птицы  //  АВДОТКА. Охота и рыбалка в центральном регионе России

Охотничьи птицы и звери

 

НАЗАДОГЛАВЛЕНИЕВПЕРЁД

ЗАЯЦ РУСАК

ЗАЯЦ-РУСАК (Lepus europaeus)

  • принадлежит к семейству Зайцевых. Общая длина животного равняется 75 см (причем лишь 8 см приходится на хвост), а высота 30 см. Он достигает массы 5—6 кг, а в редких случаях старый самец достигает 7—8, даже 9 кг. Мех состоит из коротких волос подшерстка и длинных волос ости; первые очень густы и курчавы, волосы ости толсты, длинны и также несколько курчавы. Благодаря этому мех получает настоящую земляную окраску. Цвет, кроме того, изменяется летом и зимой. Самка рыжее самца. Большей частью цвет этого грызуна превосходно приспособлен к тому, чтобы скрываться от врагов, когда он лежит на земле.
    Местообитанием этого зайца служит вся Центральная Европа и большая часть Западной Азии. Северной границы своей области он достигает в Шотландии, Южной Швеции и Северной России; южной границы — в Южной Франции и Северной Италии. Плодородные равнины с лесом или без него и лесистые предгорья составляют его любимые места, однако в Альпах он поднимается до высоты в 1500 метров над уровнем моря, а на Кавказе — до высоты 2000 метров. Он предпочитает страны с умеренным климатом и избирает поля, лежащие с подветренной стороны и защищенные горами.

Русская охота.- Изд.: Эксмо, 2011.

 

Если ту рощу, в которой он поселился, срубают, то переходит в другое место, на хлебные поля и огороды, засеянные репой, капустой и др. Поздней осенью избирает немного заросшие после пахоты поля, не слишком влажные, поросшие ситником низкие места и поля, засеянные маслянистыми растениями, которые после озимых хлебов составляют главную часть его рациона. Если выпадает сильный снег, то позволяет занести себя снегом, но, как скоро непогода прекращается, перебирается на клеверные поля. Если на снегу образуется ледяная корка, то недостаток в пище становится все ощутимее, и чем дольше это длится, тем больший вред наносит заяц садам и древесным питомникам. В это время он с одинаковым удовольствием ест листья любимого браунколя, грызет кору молодых деревьев, особенно акации, лиственницы и терновника. Пока озимые не начнут колоситься, он питается ими. Затем отправляется в яровые поля, обычно перед закатом солнца или после теплого дождя. Заяц, живущий в кустарниках, выходит на поля лишь вечером и возвращается в лес с наступлением дня или вскоре после восхода солнца. Осенью, когда кусты обнажаются, он совсем уходит из леса, но с наступлением оттепели снова возвращается в более редкий лес.

Быстрота бега зайца зависит главным образом от его сложения, то есть задние ноги зайца длиннее передних. В этом заключается и причина того, что он может лучше бежать в гору, чем под гору, и что в следах его отпечатки задних ног всегда лежат спереди отпечатков передних. Если он спокоен, то движется короткими медленными прыжками; если ему надо подвигаться быстро, то очень большими.

Из внешних чувств зайца лучше всего развит слух, обоняние очень хорошо, но зрение довольно слабо.

Время спаривания начинается после суровых зим в начале марта; в мягкие зимы — в феврале и даже январе. Достойные доверия охотники утверждают, что поединки между влюбленными зайцами, какими бы невинными они ни казались, не обходятся без увечий; охотники нередко встречали в своих округах ослепших зайцев, у которых в таких битвах были повреждены глаза.

Беременность зайчихи продолжается около 45—50 дней. Обычно она рожает первый раз между серединой и концом марта, четвертый и последний раз в августе; первый помет состоит из одного или двух детенышей, второй из трех-четырех, третий из трех, а четвертый опять из одного или двух, в исключительных случаях рождается сразу по пять или более детенышей. Роды происходят в очень простом углублении, в спокойном месте леса или поля: на куче навоза, в углублении старого бревна, засыпанном листьями или же и без подстилки, в глубокой борозде и, наконец, на ровном месте, где попало. Детеныши рождаются с открытыми глазами и, во всяком случае, уже очень развитыми. По словам некоторых охотников, им приходится самим сушиться и чиститься тотчас же после рождения. Достоверно то, что мать остается при детенышах в течение первых 5—6 дней. Лишь время от времени она возвращается на то место, где произвела на свет детенышей, и кормит их. При приближении врага она оставляет детенышей, хотя известны случаи, когда старые зайчихи защищали свое потомство от хищных птиц или воронов.

Семейство молодых зайцев неохотно оставляет ту местность, в которой родилось. Детеныши одного помета редко удаляются друг от друга, хотя каждый и выкапывает себе отдельное лого-вище. По вечерам они вместе выходят на пастбище, по утрам вместе возвращаются к логовищам. Зайчата вырастают за 15 месяцев, но уже в первый год жизни способны к размножению. Продолжительность жизни, которой заяц достигает у нас, может равняться 7—8 годам.

ЗАЯЦ БЕЛЯК

 

ЗАЯЦ-БЕЛЯК (Lepus timidus)

  • принадлежит к семейству Зайцевых. «Он,— говорит Чуди, — резвее, живее, Схмелее, голова его короче, круглее, выпуклее, нос короче, уши меньше, щеки шире, задние ноги длиннее, подошвы гуще усажены волосами, чем у русака, пальцы отделены друг от друга глубокими промежутками, могут широко расставляться и вооружены длинными, острыми, кривыми, слегка втяжными когтями. Глаза более темного бурого цвета. Обыкновенно беляк несколько меньше русака, однако встречаются самцы массой до 6 кг. Голень его гораздо сильнее согнута, голова и нос короче, уши меньше, задние ноги длиннее, чем у русака; этот последний пугливее своего альпийского родича».
    В декабре, когда Альпы лежат погребенные в снегу, этот заяц становится чисто-белого цвета, только концы ушей остаются черными. Весеннее солнце, начиная с марта, вызывает замечательное изменение цвета. Сначала у него спина становится серой, и на боках серые волосы все в большем количестве примешиваются к белым. В апреле он принимает очень странный вид, делается пятнистым или крапчатым. Со дня на день темно-бурый цвет берет перевес, и это изменение заканчивается лишь в мае. В это время заяц одноцветен, без крапин, как обыкновенный заяц, шерсть его более жесткая, чем у альпийского зайца. Осенью он уже с первым снегом начинает приобретать отдельные белые волосы; но зима скорее наступает в Альпах, чем весна, и изменение цвета осенью идет быстрее и заканчивается в период от начала октября до середины ноября.

Русская охота.- Изд.: Эксмо, 2011.

 

 

В летней одежде альпийский заяц отличается от русака тем, что становится более оливково-серого цвета с большей примесью черного, а брюхо и часть ушей у него остаются белыми; русак летом приобретает рыжевато-бурую окраску с меньшей примесью черного, чем у альпийского зайца, а нижняя сторона окрашивается желтым и белым.

 

Столь же плодовитая, как и самка обыкновенного зайца, альпийская зайчиха каждый раз приносит по 2—5 детенышей (по 100—130 г) величиной с мышь; уже на второй день они прыгают вслед за матерью и очень скоро начинают есть молодые травы. Первый помет приходится обычно на апрель или май, второй — на июль или август, бывает ли третий помет рано весной или поздно осенью, об этом еще спорят, но охотники утверждают, что встречали с мая до октября каждый месяц детенышей величиной в четверть взрослого животного. Беременность зайчихи продолжается 30—50 дней.

ОХОТА НА ЗАЙЦЕВ

Стрельба русаков на засидках

 

 

Стрельба русаков из засады, на гумнах и близ стогов всего употребительнее в степных местностях, где русаков много, а тропить их редко кто умеет; при многочисленности следов не всегда это бывает и возможно. Большею частию бьют зайцев на засидках в середине зимы, если она снежная,— только в светлые лунные ночи. В степях русаки находят себе пищу в стогах сена, но в густонаселенных местностях они по необходимости держатся около гумен, причем во время метелей и сильных морозов ложатся часто в самих гумнах, где-нибудь под ометом соломы или под амбаром, а иногда даже залезают в теплую ригу. Самое удобное время для охоты на засидках — январь, когда выслеживание становится затруднительным. Для большей верности весьма нелишне (а иногда необходимо) делать дня за два приваду. С этою целью в наиболее удобном месте ставят в снег один сноп (иногда два) невымолоченного овса, комлем вниз, и окапывают снегом. След свой около привады надо заровнять веткой или соломой. Если русаки ходят жировать к гумну или какому-нибудь строению, то засада устраивается весьма просто — около стены или, если только охотник не в темной одежде, у омета соломы. В степи прячутся в самый стог сена, к которому повадились бегать русаки, но выбирать лучше початый стог, в котором залечь удобнее; делать же перед охотой свежее углубление в стоге не следует, так как заяц его непременно заметит и близко не подойдет. Чтобы сено или солома не шуршали, кладут под себя полость. Место засидки должно быть выбрано таким образом, чтобы лунный свет приходился сзади. Стреляют только в очень светлые и тихие лунные ночи, когда можно и увидеть, и услышать, по морозу, приближение русака. Необходимо сидеть как можно спокойнее и не шевелиться и ружье держать на коленях со взведенными курками. Всего лучше стрелять сидячего, именно в то время, как русак, прислушиваясь, станет на задние лапы, так как тогда выцелить его нетрудно. Для того же чтобы он приподнялся, достаточно потихоньку свистнуть. Так как стрелять приходится очень близко, то заряд дроби (№ 1—2 англ.) можно убавить.

Зимняя охота на зайцев нагоном

 

Эта охота производится обыкновенно в середине зимы, в том случае, если зайцы держатся и залегают на опушке. Всего лучше производить ее вдвоем, втроем, при четырех загонщиках, умеющих ходить на лыжах. Все едут к лесу на двух розвальнях. Так как в ветер гона не слышно, а в иней заяц западает и лежит очень крепко, то надо выбирать тихие и ясные морозные дни. Подъехав к назначенному месту, гонцы и стрелки, став на лыжи, отправляются на места: стрелки на номера, кричане в загон. Становиться надо или на «дути» — сугробы у опушки, или на тропе. Загонщики должны идти, равняясь, сохраняя интервалы и крича, прямо на стрелков и, заметив гонный след, криком предупреждать о его направлении. Весьма полезно при этом, чтобы один из гонцов шел опушкой, сбоку — ради того, чтобы какой-либо заяц не ушел в поле или не лег в надуве. Раньше всех, в начале гоньбы, выбегает русак, лежащий на опушке, непременно надувами, которые его хорошо держат. Затем выбегает, не торопясь, почти перед загонщиками, беляк — и, если стоять смирно, выходит очень близко от стрелка.

 

В больших лесах, где русаков не бывает, можно весьма удачно охотиться на беляков по лесным дорогам. Беляки зимою весьма охотно держатся близ лесных дорог, по которым возят сено из пустошей, которое они здесь подбирают. Обыкновенно они и ложатся поблизости, в нескольких шагах от дороги. На этом основана охота с двумя загонщиками, обыкновенно мальчиками. Охотник идет по дороге, а мальчишки — в снегу по обеим сторонам и потихоньку постукивают палочкой по деревьям. Взбуженный беляк непременно выбегает на дорогу и здесь часто останавливается и прислушивается, так что обыкновенно попадает под выстрел. Чтобы не возвращаться к правилам стрельбы зайцев, приведем здесь главнейшие из этих правил.

 

Если заяц бежит от охотника в угон, надо целить, смотря по быстроте бега и расстоянию, от 1/2 до 1 1/2 вершка выше ушей. Если заяц бежит в ноги,— целят в передние пазанки.

 

При боковом (поперечном) направлении бега надо брать от 1/4 до 1/2 аршина вперед головы, смотря по быстроте бега. Если заяц бежит в полупоперечном направлении, наискось — диагональю,— надо целить на 2—4 вершка вперед. При стрельбе с горы или в гору угонного зайца закрывают его стволами и метятся немного вперед. В лежачего зайца с прижатыми ушами (на лежке) целят на вершок выше, в переднюю часть тела; в сидящего задом и близко — в крестец; в сидящего боком и близко — в верхнюю часть лопатки, а от 50 шагов надо брать поверх загривка или в голову.

Стрельба русаков близ жилья

 

К концу января вследствие глубоких снегов ходьба возможна только на лыжах; лыжи шумят, и русак, если его сходить маликом, соскакивает далеко вне выстрела. Чтобы охотиться по русакам, обыкновенно прибивающимся в это время к жилью, всего лучше действовать следующим образом. Охотник берет с собой трех загонщиков и обходит те места, куда русаки ходят на жировку, как-то: озими, крестьянские гумна, огороды. Найдя малик, который сделан русаком, шедшим с жировки на лежку, охотник идет этим маликом до первой сметки или петли и с этого места обкладывает зайца, т. е. обходит круг шагов 500—600 в диаметре, наблюдая, однако, чтобы кусты, камни и т. п. места, в которых русаки обыкновенно ложатся, оставались в круге, и сообразно с этим уменьшает или увеличивает круг. Обойдя круг, то есть возвратившись с другой стороны на свой след, и не найдя выхода, что означает, что русак лежит и обойден, охотник становится на входном малике возле первой петли за каким-нибудь прикрытием: кустом, камнем, сугробом, а если он одет в белое охотничье, то есть зимнее, платье, то может стоять и на открытой местности. Загонщики немедленно заходят с противоположной стороны оклада и, разойдясь цепью, гонят, покрикивая и посвистывая, на охотника. Русак, соскочив от загонщиков, проходит возле своей первой петли шагах в 15 — 30, и таким образом охотник может стрелять наверняка.

 

Если русак уходит по случаю промаха или уходит из оклада, минуя охотника, что иногда случается, в особенности с русаками, уже стреляными прежде, то его можно обойти вторично; но для этого нельзя уже идти маликом до смётки, которую гонный делает там, где ложится, а следует начинать обход, сообразуясь с местностью; так надо обходить издали каждый овраг, кусты, постройки, если русак к ним направился. Если гонный русак обложен, то гнать надо так же, как и в первом окладе, то есть охотник становится на входном малике, а загонщики гонят с противоположной стороны. Когда охотников двое или трое, то охота эта еще вернее, но один из охотников непременно должен остановиться на малике, как сказано выше.

Ружейная охота с гончими на зайцев

 

Охота с гончими на зайцев начинается обыкновенно в сентябре, по окончании пролета вальдшнепов. Это одна из самых легких и веселых охот, так как она не требует ни той осторожности, ни той особой сноровки, необходимой на охоте по красному зверю, производится ходовым способом, т. е. охотник не стоит неподвижно во время гона, а, сообразуясь с его направлением и руководствуясь характером местности, а также известными ему привычками гонного зверя, старается встретиться с ним. Кроме того, на этой охоте численность, качество и дисциплинированность стрелков не имеют большого влияния на результат охоты, но, конечно, чем менее охотников и чем они менее перехватывают гонного зайца в лесу, тем для него менее шансов быть подстреленным. На охоте с гончими, если она производится в отъемах, так сказать, весь шик заключается в том, чтобы убить зверя на чистом месте, для чего необходимо знать или угадать лаз, которым зверь слезет из острова. Хотя на больших островах и в сплошных лесах охотник должен поневоле становиться и перехватывать в лесу, а не на опушке, но и тут настоящий охотник не полезет в чащу, а выбирает или дорожки, или прогалинки и просеки. Постоянное беганье с одного места на другое, особенно если место зайчисто и можно ожидать много шумовых зайцев, не должно допускаться, тем более забегание вперед охотника, уже занявшего лаз.

 

Для успеха охоты много значит умение отыскивать зайцев, сообразуясь с временем года и состоянием погоды. В конце лета русаки держатся или по опушкам, или еще по межам на полях; беляки сначала предпочитают лиственные леса, позднее, в листопад, ложатся или в ельниках, или в можжевеловых зарослях. В очень сухую осень в местах, где воды нет, беляков искать нечего: все они переселяются к речкам, ключам или невысохшим болотинам. Наоборот, в сырую осень надо их искать в сухих местах. Сильные дожди или сильные ветры заставляют их переселяться из лиственных лесов в поле и хвойные леса и кустарник, где они могут укрыться от капели и где не пугает их шум листопада; вообще в ветреную погоду зайцев, в особенности русаков, надо искать в той стороне леса, которая наиболее защищена от ветра. Русаки всегда держатся осенью поблизости полей (озимей); беляки тоже жируют большей частью на зеленях, но в местностях, покрытых сплошными хвойными лесами, они обходятся без соседства полей и кормятся на расчищенных лесных порубах и покосах или на чистых закрайках болот, в осоке.

 

Заяц, взбуженный гончими, бежит сначала лесом, делая под ними не меньше одного круга, а чаще два-три и более. Круги эти имеют более или менее неправильную форму, смотря по местности, и следующий круг бывает почти всегда более предыдущего, хотя обыкновенно они пересекаются в нескольких местах, которые перебеги и есть главные лесные лазы его. Затем уже он, нажимаемый гончими, бежит в поле или соседний отъем. Раннею осенью беляк держится в лесу гораздо крепче, чем позднею, особенно в краснолесье: когда лист осыпался, заяц не находит уже в нем достаточной защиты, к тому же пугается опавшего листа, шумящего под ногами. В мелких хвойных лесах или зарослях можжевельника беляк держится одинаково долго всю осень, и выжить его оттуда всегда труднее: ему легче обманывать гончих, которые гонят его здесь менее парато и врассыпную, так что он имеет время петлять и делать скидки и даже проскальзывать назад мимо преследующих его собак и западать, так что при гоньбе беляка часто бывают сколы, перемолчки и подмены. Главное, чтобы стайка, сколовшись, сейчас же рассыпалась и начала искать тут же, где стеряла. Вообще гончие тем скорее выставляют зайца в поле, чем они паратее; матерые зайцы, более надеющиеся на свои ноги, делают меньше кругов, чем молодые, а русак зачастую и вовсе не бежит лесом, а сразу вырывается в поля, которыми и задает большие круги, но круги в высшей степени правильные, так что убить его из-под хороших, вязких и непременно паратых гончих нетрудно. Беляки тоже иногда кружатся полями, но обыкновенно круги их менее русачьих; всего чаще это бывает поздней осенью, в туманные морозные дни.

 

С пешими гончими необходимость заставляет стрелять зайцев (беляков) внутри леса, и охота бывает много продолжительнее, чем с паратыми, но зато стрелять из-под пеших гончих легче, так как заяц бежит не торопясь, часто приостанавливается и их выслушивает. В одних и тех же местностях большинство зайцев бежит приблизительно одними и теми же местами, так что при небольшой практике можно выучить все их лазы наизусть и всегда выбрать себе такое место, где можно наверное встретиться с гонным зайцем. Однако при сноровке, соображении и навыке можно угадывать лазы зайца в совершенно незнакомых местах. Вообще неопытному охотнику можно посоветовать придерживаться следующих правил или, вернее, примет: вернейший перелаз из одного отъема в другой по большей части находится там, где отъемы ближе сходятся; также более шансов, что беляк слезет низиной или вдоль нее или, наконец, из какого-нибудь выдающегося угла леса. При охоте в лесу надо всегда иметь в виду, что взбуженный заяц большею частию возвращается к своему логову и что он любит бежать лесными дорожками и просеками; следовательно, надо становиться на перекрестках. Если гончие хороши, т. е. верны в гону и вязки, то иногда достаточно заметить на первом кругу место, которым пролез заяц, и на нем поместиться.

 

Вообще, человеку, еще мало знакомому с этого рода охотой, вернее становиться там, где заяц уже раз прошел, а не бегать зря и не стараться перехватывать зайца, что удается только более опытным охотникам. Вообще охота с гончими на русаков правильнее и веселее охоты на беляков. Русак любит места более или менее чистые и глубины леса, тем более чащи и крепи, всегда избегает. Хотя он и дает под гончими в острове три-четыре круга, но ходит не крепью, а выбирает места в отъеме наиболее чистые, часто вырывается на опушку и идет здесь по полю, затем опять скидывается в лес, где он менее крепок, или входит в лес дорожкою. Русак (как и беляк) спускается с горы и поднимается в гору не прямо, а наискосок и в месте, где оно наиболее отлого; на кручу он прямо не полезет и с кручи сторчь не спустится. Овраг, бока которого покрыты лесом, русак переходит там, где он шире: бока отложе, чистого места больше. Только по пороше русак ложится в глубоких провалах и по пороше же, отделившись от гончих, иногда идет в провалы, чтобы там залечь. По-над опушкой он идет обыкновенно в тех местах, где поле вдается в лес; в тех же местах выходные лазы русака из острова в поле: если же лес расположен по оврагу, то выходные лазы будут по отъяркам (отвершкам, отросткам главного оврага), которые более отлоги. В лесу русак более ходит дорогами, почему, становясь на пересечении дорожек, можно скорее всего наждать на себя бегущего русака.

 

Кроме дорожек, в островах, расположенных на ровном месте, лазами русака бывают опушки, где поле мысом вдается в лес, поляны и особенно те места их, которые приходятся против наименее крепких частей леса. В сплошном лесу русака можно встретить только около опушек, полян, вырубок; здесь лазы бывают определеннее и вернее, чем в отъемах, так как их и значительно меньше.

 

По пестрому полю и белой тропе, пока пороша неглубока, лазы русака те же, что и по чернотропу, но русак часто переходит по льду ручьи, болота и лужи, особенно если снег с него сдуло,— для скрытия следа. Кроме того, так как по санной, езженой дороге обыкновенно гончие зайца не гонят (лучшие из них преследуют русака по зимней дороге молча, и только редкие будут гнать по такой дороге с голосом), то в это время русак предпочитает ходить по дорогам, почему пересечение дорог становится наиболее верным лазом. По глубокой и рыхлой пороше, если снег не держит русака ни в поле, ни в лесу, он ходит исключительно по езженым дорогам или своими же тропами, выбирая, где снегу поменьше, почему идет уже не опушками, а крепью. Когда снегу много и он в поле держит русака, то последний в лесу уже не держится и охота с гончими на него становится почти невозможной, так как собаки проваливаются и режут себе ноги. При глубокой и рыхлой пороше бить русаков особенно легко: они ходят или дорогами, или одними и теми же тропами на небольших кругах.

 

Порядок ходовой охоты зависит от местности, в которой она производится; если острова не маленькие, а главное, зайцев много, то, бросив гончих в остров, не приходится целый день переходить в другой, ибо работы и гончим и охотникам хватает. Но зачастую необходимо, разомкнув гончих, идти ходом, идти иногда долгое время, покуда удастся собакам поднять зайца. В таких бедных незайчистых местах, если охотников двое или трое, они должны равняться и один из них должен порскать, сообразуясь, с чем двигаются и остальные охотники, и рассыпавшиеся гончие. Если на красного зверя не рассчитывают, то и все охотники могут покрикивать, и тогда больше шансов скорее взбудить зайца. Каждый охотник, равняясь, должен кричать изредка и сейчас же прислушиваться; если гончая отозвалась вдали и другие охотники не слышат, продолжая покрикивать, то заслушавший должен громко крикнуть: «Слушай!» Конечно, охотники должны условиться между собой о направлении, которого будут держаться.

 

Прежде чем приторачивать зайца к ягдташу, тем более класть его в ягдташ, необходимо выдавить кал. В противном случае при теплой погоде заяц очень скоро портится и подопревает.

Стрельба зайцев по пороше

 

 

По первозимью как русаки, так и беляки жируют исключительно по озимям, и здесь же следует отыскивать их следы. С большей глубиной снега озимь зайцами оставляется, так как раскапывание ее делается затруднительным; беляки окончательно переселяются в лес, кормятся корой и прутьями, и тропить их уже не стоит; русаки же сдаются для жировки к гумнам, огородам, садам или кормятся на пригорках, где снег сметен ветром, и вообще, как зверь степной, ложатся в открытых местах.

 

Следовательно, при глубоком снеге на зеленя охотнику идти незачем — ему надо на лыжах объезжать гумна и сады, а при несовершенном искусстве езды на лыжах надо ходить по проезжим дорогам, на которых точно так же часто встречаются малики. Найдя малик, охотник определяет его направление и идет по нему стороною, стараясь его не затаптывать. Куда шел заяц, видно из отпечатка когтей или пальцев, а большей частью из взаимного расстояния отдельных прыжков. Если следы (концевые) приведут в жиры, т. е. на кормежки зайца, где он, двигаясь самыми мелкими прыжками, оставляет множество почти сливающихся следов в различных направлениях, то надо идти по границе этих жиров до выходного следа из них. Следуя по этому выходному следу, охотник может быть приведен им к новым жирам или к петлям и двойкам, указывающим близость заячьего логова. В жирах русаки ложатся редко, за исключением плодовых садов. Встретив петлю, необходимо ее выкружить; но если есть уверенность, что пересекший след принадлежит тому же зайцу, то надо круто свернуть по новому направлению, чем выигрывается очень много дорогого времени и сокращается ходьба.

 

Встретив двойку, надо непременно остановиться и старательно оглядеть все окружающие предметы, неровности и кустики. В большинстве случаев русак лежит где-нибудь поблизости. При хорошем зрении и привычке можно подозрить зайца на логове; промышленникам это удается почти постоянно, и они бьют зайца лежачего. Охотник же, подозрив самого зайца или только его вероятное логово, идет прямо к русаку, который вскакивает, так что его приходится бить на бегу, что вовсе не особенно легко и требует сноровки. Если же логово находится на дальнем расстоянии, то лучше идти как бы мимо, чтобы, поравнявшись, быть от него на расстоянии ружейного выстрела; если заяц продолжает лежать, то круто повертывают прямо на него. При этом нелишне иметь в виду, что заяц всегда ложится головою против ветра, даже при слабом течении воздуха. Когда с двойки нельзя подозрить русака или место его лежки, тогда, оставив в стороне скидку, надо осторожно обходить кругом наготове к выстрелу. Иногда, при мягком снеге, заяц лежит так крепко, что заставляет сделать другой, совсем небольшой круг. При образовавшихся снежных наносах к межам, рытвинам и водомоинам русаки очень любят делать логово в таких удулах, вырывая его в снегу. Место логова приметно по горке снега, насыпанной русаком, или по темному цвету отверстия норы, но не всегда можно быть уверенным, что заяц лежит именно здесь, так как он часто, прежде чем заляжет, роется в нескольких местах. В таких удулах зайцы лежат всегда очень крепко.

 

После выстрела, если заяц бежит, надо последить его на расстоянии 150—200 шагов для того, чтобы убедиться, не ранен ли он. Признаки раны иногда очевидны, но рана может быть легкою, и в гаком случае лучше оставить зайца на время в покое, так как он скорее ляжет или умрет здесь, или позволит охотнику снова подойти на выстрел. При очевидном промахе надо немедленно отыскивать свежий след; гонный заяц, не облежавшись, никогда на выстрел не подпустит, даже если и не был стрелян. Признаком раны служит прежде всего всякая неправильность гонного следа, если бы даже не было видно крови, которая показывается часто, уже когда заяц пробежит с сотню и более сажен. При отбитых передней или задней ногах их не будет доставать в следу. Без одной передней заяц бежит, как здоровый, очень далеко. Точно так же признаком раны служат необычные движения зайца на бегу, например, когда он после выстрела покачнется или поскользнется, оступится, станет трясти ушами и головой.

 

Это простейший случай схождения малика (сойти зайца — значит выстрелить в него в меру), когда малик тянется непрерывно и не пересекается дорогами и следами других зайцев, что бывает сравнительно редко. Чаще всего малик прерывается уезженными дорогами, и заяц некоторое время бежит дорогою, делает по ней двойку и скидывается в сторону. Поэтому прежде всего надо определить, в какую сторону пошел по дороге заяц. Если это не удалось, то охотник идет сначала в одну сторону, внимательно глядя направо и налево, чтобы не пропустить скидки. Пройдя в одном направлении сажен до 100 и не встречая ни скидки, ни обыкновенных (концевых) следов в сторону, надо вернуться и так же внимательно пройти по дороге в противоположном направлении. Выслеживание еще более усложняется, если русак выйдет на дорогу недалеко от пересечения ее другою. Впрочем, следует заметить, что русак редко идет по уезженной дороге, совершенно ничем не развлекаясь; главным образом развлекают его вешки, расставленные по краям дороги, и к ним он охотно сворачивает с твердого бесследного полотна, оставляя следы.

 

При пересечении сходимого малика другим маликом, если есть хотя малейшее сомнение в том, что это пересечение петли, сделанной тем же зайцем, лучше идти в прежнем направлении, так как весьма возможно, что эти пересекающие следы принадлежат другому зайцу, да еще в самом начале его ночных похождений. При большом количестве русаков в окрестности и запутанности маликов надо только придерживаться следа, а не вертеться в этой путанице, направляясь к таким сторонам окрестности, где русаки более всего любят ложиться. Тут надо обращать внимание только на двойки со скидками.

 

Длина маликов весьма различна и зависит главным образом от более или менее продолжительного падения снега и его глубины, затем от температуры ночи, большей или меньшей ее темноты. В лунные морозные ночи русак бегает много, и след найти очень легко, но схождение малика потребует много времени и сил. В безлунную ночь малики бывают короче; длина их укорачивается падением снега с вечера, и чем дольше идет снег, т. е. чем длиннее будет пороша, тем менее вероятности скоро найти след. В глубокие мелкие пороши все движение зайца ограничивается пространством одной-двух десятин. В такие пороши ходьба весьма утомительна, но зато русаки неохотно оставляют логово и вскакивают очень близко. Кто имеет возможность, лучше всего с первозимья разыскивать следы или в легких розвальнях, или верхом на лошади, тем более что тогда русак подпускает гораздо ближе; позднее же, особенно в январе, необходимы уже лыжи. В феврале же начинается течка, малики начинают запутываться и тянуться в два, три и более следа с беспрестанными петлями и скидками, так что выслеживание зайцев, даже если бы и не было по новому закону запрещено, все равно должно прекратиться.

 

В очень долгие, запутанные пороши выгоднее ходить только по тем местам, где русаки особенно любят ложиться, и обращать внимание только на двойки со скидками. Для этого требуется знание местности, обкладывание известных ее районов и счет входов и выходов по границе делаемого круга. Всего удобнее делать такие оклады для небольших отъемов или плодовых садов. Лишний вход против выхода всегда доказывает, что в окладе лежит по меньшей мере один заяц. Может, конечно, случиться, что прошедшею ночью один или несколько зайцев залегли в саду или отъеме, не выходя из него, следовательно, одинаковое число входных и выходных следов не всегда служит доказательством отсутствия зайцев в кругу. Поэтому, когда задуман оклад к утру, полезно накануне выгнать всех русаков из предполагаемого оклада. Падение ночью снега и отчасти поземка, т. е. низовый занос, значительно способствуют определению большей или меньшей свежести следа, так как старые следы от прошедшей ночи совершенно закрываются, а также запорашиваются и новые следы, сделанные зайцем вначале. Таким образом, охотнику выгоднее выбирать следы, недавно сделанные зайцем, и даже переменять сходимый малик на другой, более свежий, если таковой попадется на пути. Относительная свежесть следов, конечно, определяется только сравнением, почему во время падения снега ночью многие предусмотрительные охотники выпускают на двор два или три раза собаку или кошку. В удаче охоты за русаком по пороше в одиночку весьма важную роль играет подход, т. е. возможность подойти на выстрел к находящемуся в логове русаку. Этот подход прямо зависит от большего или меньшего шума, производимого при ходьбе, а равно от места нахождения логова. В жесткую порошу одному нечего и пробовать сходить малик; ни один русак не улежит саженях в 30-ти. Точно так же по крепким местечкам, в частых зарослях подход немыслим даже при мягкой пороше, и заяц (чаще беляк) уходит безнаказанно, укрываемый деревьями и сучьями. Подход делается невозможным, когда на снегу образуется корка, иногда остающаяся на всю зиму. Даже при покрывающем ее слое снега вершка в 2 корка трещит, сильно продавливаясь.

 

При неглубоком снеге, недостаточном для вырывания в нем углубления, матерые русаки ложатся под межками или на взметах, реже по кустикам и мозжухам, где преимущественно держатся матерые. С углублением снега и в особенности с образованием снеговых наносов и удулов все русаки, и прибылые и матерые, очень охотно ложатся в таких удулах по рытвинам, водомоинам, лощинам, в оврагах, в канавах, ограничивающих поле и усадьбы, по растущим на поле кустикам, к которым всегда придувает много снега. Затем русак ложится в садах, реже в гумнах, под сараями, в поленницах дров или в огородных заборах, около которых растет крапива и прочие сорные травы. Для того чтобы вырыть норку в снегу, зайцу достаточно нескольких секунд. Гонный русак, однако, не сразу ложится, а сначала довольно долго сидит настороже, прислушиваясь, затем понемногу прижимается к земле.

 

Необходимо заметить, что на охоту за русаком надо выходить как можно раньше, еще затемно, так чтобы быть на месте на рассвете, как только есть возможность различить следы. Зимний день очень короток, кроме того, не говоря уже о конкурентах, среди дня малик часто заносится поземкой.

 

По первозимью, как сказано, зайцы жируют исключительно на озимях, а потому искать их малики должно около озимых полей; ложатся они, за редкими исключениями, недалеко. Всего практичнее намечать свой маршрут таким образом, чтобы переходы от одного озимого поля к другому были бы по возможности короче, чтобы при этих переходах не ворочаться уже пройденным местом. Лучше всего идти вдоль закрайка озимей, а если местность тому не препятствует, то в сотне шагов от этого закрайка, так как в зайчистых местах закраек озими бывает совершенно истоптан зайцами за ночь. Идя сказанным образом, охотник должен осматривать встречающиеся ему малики: если малик идет от озимей, это значит, что заяц пошел на лежку, и охотник идет его сходить, как было описано выше, не затаптывая малика. Сойдя и убив зайца, охотник возвращается назад и продолжает свой путь вдоль озимей, пропуская малики, идущие к озимям, и сходя идущих от озимей. Позднее, когда лягут глубокие снега, беляки сдаются в лес, а русаки — к жилью, ходьба без лыж становится уже затруднительною или даже невозможною, а потому охотник должен ходить дорогами, которыми русаки и совершают преимущественно свои переходы, везя за собой лыжи на веревочке. Деревни обходятся на лыжах позади гумен; по пути охотник заходит на озимые огорки, где снег сдувается ветром, и если русаки есть в данной местности, то он не преминет пересечь их малики. Следует прибавить, что если русак начинает делать двойку вдоль длинного сугроба, который обыкновенно надувается у изгородей, сорных меж и прочего, то охотнику следует идти сугробом, чтобы вскочивший из снеговой норы русак не скрылся бы мгновенно за сугроб.

Травля зайцев по пороше

 

Травля зайцев по пороше или езда на съездку производится обыкновенно в одну свору, независимо от количества борзятников, на том основании, что каждый из них, наехавши заячий след, должен съезжать его сам и травить съеханного им зайца один, не требуя ни от кого никакой помощи. Иногда, впрочем, удобнее бывает съезжать след вдвоем или втроем, причем один ведет след верхом или пешком, однако не затаптывая его, и другой или другие два едут метрах в 70 влево или вправо и немного позади.

 

Зайцы распространены почти по всему земному шару, за исключением Австралии (если не считать ввезенных туда кроликов), Мадагаскара и Антарктического материка.

 

Если же заячьи следы требуют усиленного со стороны борзятника внимания при рассматривании, тогда съезжать зайца необходимо всегда в две своры или двум борзятникам, из которых один ведет пешком зайца по следу, а другой едет верхом, зорко посматривая во все стороны, чтобы не прозевать вскочившего зайца, которого ведущий след борзятник очень легко может просмотреть. При этом если вожатый усмотрит сметку или потеряет след или следы перепутаются с другими, то он подает знак (поднимает руку), чтобы остановились и подождали.

 

При езде на съездку борзые должны быть всегда без своры, но в ошейниках для предупреждения всякой случайности, когда борзятник мог бы взять собак на свору. Борзых в своре должно быть никак не более двух, в хорошую порошу достаточно бывает и одной. Выезжать из дома на охоту в порошное время охотники должны еще затемно, чтобы с рассветом быть у места охоты и, как только можно будет видеть следы, начать съездку зверя. Съезжая заячий и вообще всякий след, борзятник, как и ружейный охотник, должен не затаптывать его, для чего едет с какой-либо одной стороны заячьего следа, стараясь рассматривать следы, через голову лошади.

 

Наехав на заячий след, борзятник должен съезжать его до первой двойки и, если не видит скидки, или приостанавливается, или укорачивает шаг лошади и тщательно смотрит, нет ли смета, в особенности у таких мест двойки, где на ней видны следы задних пазанков с коленками. Если после нескольких прыжков заячий след идет дальше, в таком случае охотник продолжает съездку до следующих двоек и троек до тех пор, пока не увидит с них смета. Тогда охотник должен ехать уже по направлению смета, который или ведет его прямо к логову, или снова переходит в концевые следы зайца и приводит к следующим двойкам, с которых уже делается смет к логову. Съехав зайца по следу до логова, охотник начинает его травить. По гонному следу зайцев не съезжают во избежание потери времени, так как гонный заяц близко к себе охотника не подпускает. Точно так же нет основания съезжать зайца по его жировым следам, и лучше жиры эти объехать кругом, отыскав из них выход.

 

В мертвую порошу зайцев обыкновенно не травят, так как их приходится давить почти в логове. В не очень глубокий, но рыхлый свежий снег в морозное время травля бывает иногда не особенно легка: русак, ныряя в снегу, брызжет снегом в глаза собакам, так что они часто промахиваются и летят кувырком. В степях русак часто спасается от собак в сурчины (сурковые норы), которые очень хорошо знает. Несмотря на то что норы занесены снегом, заяц делает прыжок вверх и с размаха бросается вниз головой, скрывается в сурчине.

Ловля петлями и другими приспособлениями

 

Ловля производится большею частию зимою, редко весною и осенью. Петли делаются весьма обыкновенным образом, вероятно, известным всем охотникам: их сучат из крепких пеньковых ниток или из конского волоса. Один конец петли привязывается где-либо у кустика около самой земли, петля разводится над заячьей тропой, а другой ее конец привязывается к нагнутому деревцу и настораживается посредством чубучка, то есть просверленной насквозь палочки вершка в 3 длиною. Заяц, побежав по тропе, попадает шеей или тушицей в петлю, которая соскакивает с чубучка, а согнутое деревце по силе упругости, как пружина, затягивает один конец петли, проходящей сквозь чубук,— и заяц пойман. Конечно, и петли на зайца нужно поставить умеючи, а то не поймаешь ни одного зайца. Петли делаются из белого волоса или беленых ниток и ставятся так, чтобы заяц не заметил ловушки; петлю нужно прятать в траве либо между кустиками; дома не держать в избе, чтобы она не приняла жилого запаха. В противном случае заяц тотчас заметит петлю, перекусит ее и не попадет.

 

Многие ловят зайцев еще проще: избирают на тропах те места, где заяц, бегая, перескакивает валежины, камни, канавки, небольшие рытвинки, и так как он скачет постоянно в одно и то же место, перепрыгивая на пути своем преграду, то на этих-то скачках и втыкают в землю небольшие заостренные крепкие палочки, называемые здесь «рожни». Палочки эти обжигаются, для того чтобы они походили на обгоревшие пеньки и не испугали зайца. Конечно, они втыкаются в землю на тропе не вертикально, а накось, под углом примерно градусов в 45 или 50, смотря по месту, по направлению скачка зайца, с обеих сторон преграды. Понятно, что заяц, бегущий по тропе в ту или другую сторону, перепрыгивая через валежину или канавку, попадает на заостренную палочку и закалывается. Точно так же на этих скачках ставят иногда небольшие заячьи капканчики, пряча их в снег и делая сверху искусственно заячью тропу заячьей лапкой.

 

Кроме того, зайцев ловят в так называемые пастушки, которые ставятся в тех местах, где много зайцев. Пастушка — это та же плашка, только больших размеров. Вместо опадной плахи тут сплачиваются три и четыре обрубка вершков 40 длиною. С двух сторон вдоль сплота набиваются колышки. Один конец сплоченных обрубков поднимается около аршина кверху и настораживается весьма различными способами, кто как умеет. Сплотка падает как раз между набитыми колышками, так что заяц может подойти под пастушку только с одной стороны, именно с поднятого конца опадного сплота. Для приманки под настороженную пастушку кладут обыкновенно осиновых или ерничных прутиков, которые зайцы очень любят. Подойдя под ловушку, чтобы поесть осиновых прутиков, заяц заденет сторожок, который тотчас соскочит с мотылька, а сплотик мгновенно упадет и придавит зайца. Пастушки ставятся только зимою.

Малик

 

 

Маликом называется весь отметившийся на снегу за ночь путь зайца, начиная от его логова, где он дневал, до жировки, т. е. места, где он кормился, и обратного на лежку. Распознавание заячьих следов, весьма разнообразных по своему характеру, имеет весьма большое значение, так как для большинства ружейных охотников выслеживание зайцев, преимущественно русаков, составляет главный, а иногда и единственно доступный способ зимней охоты. Поэтому необходимо описать следы как можно подробнее и при помощи чертежей нагляднее. Самое обстоятельное описание заячьих следов и охоты на зайцев (русаков) по пороше принадлежит г. Стрекалову; оно может служить руководством для человека, совершенно незнакомого с этою в своем роде увлекательною охотою, не имеющего возможности научиться разбирать эту тарабарскую грамоту при помощи опытного охотника-промышленника.

 

Прежде всего необходимо заметить, что сослеживание беляков весьма затруднительно, а потому тропят почти исключительно русаков. Белая шерсть беляка, очень мало отличающаяся от снежной поверхности, запутанность ходов и обыкновенно крепкое место для логова составляют причины, позволяющие беляку почти всегда уйти незамеченным. Кроме того, схождение малика беляка всегда утомительно, потому что беляк чрезвычайно запутывает свои ходы, набивает тропы, вбегает в жиры и в тропы других беляков, кружит, меча петли, и вообще так путает следы, что и самый опытный охотник тратит много времени на розыски беляка. Поэтому в местностях, где встречаются и русаки и беляки, весьма важно уменье отличать их по следу, что дается очень скоро. У беляка, живущего в лесу, где снег рыхлее, чем в поле, лапы сравнительно шире и круглее или, вернее, имеют широко раздвигающиеся пальцы, так что он оставляет на снегу отпечатки, приближающиеся очертанием к кругу; у русака же лапа уже и менее расширяется, и след у него овальный, эллиптический. Когда снег не очень рыхл, при так называемой печатной пороше, будут выходить отпечатки отдельных пальцев, но следы задних лапок у русака все-таки будут значительно шире, чем у беляка. Более удлиненные и параллельные друг другу и незначительно один другого опережающие отпечатки принадлежат задним ногам, а приближающиеся очертанием к кругу и следующие один за другим, в одну линию — передним. Сидящий заяц оставляет отпечаток совсем другого вида: отпечатки передних ног находятся почти вместе, а задние лапки теряют несколько свою взаимную параллельность, и так как заяц, сидя, сгибает задние ноги до первого сочленения, то на следу кроме лапок отпечатывается и весь пазанок. За исключением этого случая, т. е. сидения, следы задних лапок всегда сохраняют параллельность, и если на рыхлом снегу будут замечены следы, в которых более крупные отпечатки задних ног идут врозь — косолапят, то это след не зайца, а собаки, кошки или лисицы, когда они идут скачками. То же самое можно сказать и о следе, в котором одна задняя нога сильно опережает другую.

 

Нормальная побежка зайца — крупные прыжки, причем задние ноги он выносит почти или совсем одновременно, а передние ставит последовательно одна за другой. Только при очень больших прыжках заяц ставит и передние лапки почти вместе.

 

Обыкновенные заячьи следы называются концевыми, так как такими средними прыжками он идет на жиры и с них возвращается. Жировые следы отличаются от концевых тем, что отпечатки лапок весьма близко отстоят друг от друга и отдельные следы почти сливаются. Называются они жировыми потому, что зайцы делают их там, где кормятся, потихоньку передвигаясь с места на место, часто садясь. Скидочные, или сметочные, следы оставляются самыми большими прыжками, делаемыми под углом к первоначальному направлению следа. Заяц ими старается скрыть, оборвать свой след, перед тем когда задумал лечь. Число скидочных прыжков обыкновенно один, два, три, редко четыре, после чего идут опять обыкновенные, концевые следы. Часто перед скидкой заяц сдваивает свой след. Скидочные прыжки отличаются от концевых расстоянием между следами и тем, что отпечатки передних ног находятся вместе. Гонные, или взбудные, следы делаются зайцем, когда его спугнут с логова и он идет большими прыжками. Они имеют большое сходство или со скобочными, или с концевыми, но обратного направления, ибо отпечатки передних лапок ближе к отпечаткам задних лапок предыдущего, а не того же прыжка.

 

От логова, в котором русак сидел до сумерек, малик начинается жировыми следами, вскоре переходящими в концевые, ведущими иногда прямо на кормежку, т. е. на озимь, в сад, гумна, уезженную дорогу. На жирах русак всегда кормится мелкими, весьма слитными передвижениями, часто останавливаясь и садясь. Закусив хорошенько, он иногда бегает и играет, причем тут попадаются гонные следы. Побегав, он или снова принимается за еду, или уже на заре отправляется с жиров концевыми следами на новое логово. Перед тем как выбрать себе надежное убежище на день, заяц начинает делать петли, т. е. закругляет свой ход, снова пересекая свои прежние следы. Петли эти занимают иногда большие площади, так что в точке А довольно редко можно с уверенностью сказать, не выкружив петли, принадлежат ли пересекающие следы сходимому малику или здесь прошел другой русак. Более двух петель замечается редко. Вскоре после них начинают встречаться двойки и тройки, т. е. сдваивание или страивание следа, причем следы бывают наложены один на другой, так что нужен навык для отличия сдвоенного следа от обыкновенного. После двойки обыкновенно заяц делает скидку в сторону, но после тройки, которая бывает сравнительно редко, сметок большей частью не бывает и заяц идет далее на значительное расстояние. Чаще всего двойной и тройной след русака замечается по дорогам или по гребням оврагов, где почти всегда бывает мало снегу, а в начале зимы — в лощинах, луговинах и на только что замерзших ручьях и речках. Длина двоек как в одном и том же малике, так и в разных бывает весьма непостоянна и изменяется от 5 до 150 шагов. Они несомненно указывают на близость логова, и если русак идет еще после двойки со скидкой значительное расстояние, меняя скидочные прыжки на концевые, то это уже исключительный случай. Тройки обыкновенно не достигают значительной длины, и направление хода после них не изменяется, и весьма редко следует за ними скидка. Скидка делается почти всегда под прямым углом к направлению хода; после нескольких скидочных прыжков следуют несколько концевых, и снова вторая двойка со скидками. Нередко русаки ограничиваются двумя двойками, но бывают малики с 8-ю и даже большим числом двоек.

Стрельба зайцев

 

Самая лучшая стрельба беляков производится по черностопу в позднюю осень, когда они выцветут, побелеют и сделаются видны издалека. Эта стрельба называется узерком, или узеркой. Необходимое условие для нее — долгая мокрая осень; в сухую и короткую — зайцы не успевают выцвесть, нередко выпадает снег и застает их в летней серой шкуре. В ненастное же время зайцы, чувствуя неприятную мокроту, беспрестанно трутся о деревья, кусты, стоги сена или просто валяются по земле. По мнению охотников, именно потому они белеют скоро, что от трения лезут серые, летние, слабые волосы и вместо них выходят белые, зимние, крепкие. Зайцы выцветают не вдруг: сначала делаются чалыми, потом побелеет внешняя сторона задних ног, или гачи, и тогда говорят: заяц в штанах; потом побелеет брюхо, а за ним все прочие части, и только пятном на лбу и полосою по спине держится красноватая, серая шерсть. Наконец, заяц весь побелеет, как лунь, как колпик, как первый снег. Издалека мелькает и сквозит на почерневшей земле какая-то неопределенная белизна: в лесу, в чаще кустов, в полях и даже в степи, где иногда ложатся беляки,— и по какому-то, тоже неопределенному, чутью издалека узнает привычный зоркий глаз охотника, что эта белизна — заяц. Хотя бывают иногда и самые смешные ошибки. Странное дело: отчего стрельба зайцев в узерк очень нравится почти всем настоящим охотникам высшего разряда, не говоря уже о простых добычливых стрелках? По-видимому, в ней нет ничего заманчивого. Зайца увидишь по большей части издали, можешь подойти к нему близко, потому что лежит он в мокрое время крепко, по инстинкту зная, что на голой и черной земле ему, побелевшему бедняку, негде спрятаться от глаз врагов своих, что даже сороки и вороны нападут на него со всех сторон с таким криком и остервенением, что он в страхе не будет знать, куда деваться... Итак, подойдешь к зайцу близко или подозришь его нечаянно еще ближе, прицелишься, выстрелишь и убьешь. Вот и вся история.

 

Что же тут есть особенно веселого, возбуждающего, лестного, как говорят простые охотники?.. Стрельба зайцев в узерк совсем не так легка и проста, какою кажется с первого взгляда, что и доказывается немалым числом промахов, особенно у новичков, покуда они не применятся к делу. Промахи же случаются оттого, что логово зайца почти всегда защищено: оно прикрыто сучками и прутьями (когда он лежит под срубленной вершиною, что очень любит) или пеньками деревьев, завялой крупной травою, вообще каким-нибудь дрязгом, всегда находящимся в корнях кустов или в лесной чаще. Не нужно объяснять, что дробь, касаясь каких-нибудь препятствий на своем пути, уклоняется от цели и выстрел делается неверен. Но этого мало: промахи бывают по зайцам, лежащим в степи на совершенно голых и чистых местах. Последнее происходит, по моему мнению, от того, что в траве виден только верх белеющей шерсти, которую заяц, обыкновенно сжимаясь в комок в логове, всегда приподнимает: если целить именно в ту крайнюю черту белизны, которая граничит с воздухом, то заряд ляжет высоко, и случается иногда (случалось и со мною), что дробь выдерет белый пух и осыплет им полукруг около логова, а заяц убежит. Впрочем, опытные охотники знают этот секрет, берут на цель пониже, под самую белизну; кучным зарядом вскинет убитого зайца вверх, и в меру, на чистом месте, промаха никогда не будет. Прибавьте ко всему, мною сказанному, что, подозрив издалека нечто белое, подходишь с сомнением, высматриваешь; то убеждаешься, что это заяц, то покажется, что совсем не заяц, а какая-то белая кость; иногда вся белизна пропадает из глаз, потому что на ходу угол зрения охотника, заслоняемый и пересекаемый разными предметами, изменяется беспрестанно; наконец, уверившись совершенно, что это заяц, очень редко будешь иметь терпение подойти к нему близко; все кажется, что как-нибудь зашумишь, испугаешь зайца, что он сейчас вскочит и уйдет, и охотник, особенно горячий, всегда выстрелит на дальную меру... Вот причины многих промахов, вот отчего эта стрельба горячит охотников и за что они ее любят.

 

В долгую, мокрую, безморозную осень, в плодородный на зайцев год, стрельба в узерк бывает очень добычлива. В постоянно дождливую погоду капель с деревьев выгоняет беляков в опушки леса и даже в чистые поля.

Охота на зайцев с борзыми

 

 

В настоящее время охота с борзыми в Средней Европе сделалась почти достоянием предания. Псовая охота никогда не соответствовала флегматическому характеру немца, и хотя после крестовых походов борзая, вместе с соколом, становится как бы атрибутом дворянского достоинства и постоянным спутником рыцаря, но она все-таки оставалась более комнатною, чем охотничьею собакой. Уже в прошлом столетии она встречалась редко и травля ими имела случайный характер. Обыкновенно охотник с борзыми становился на опушке, а зверь — коза, лиса и заяц — выгонялся из лесу загонщиками или гончими.

 

В настоящее время охота с борзыми встречается в Германии лишь в виде редкого исключения и, как следовало ожидать, в северо-восточной ее части — Мекленбурге, Померании и Восточной Пруссии. По Шлотфельду и Бекману, она производится обыкновенно внаездку, т. е. без помощи гончих; для отыскивания и взбуживания зайцев часто употребляется немецкая легавая. Охотник едет верхом, свору с 2—3 борзыми держит пеший стременной, но иногда собак приучают рыскать без своры. Травить приходится иногда в кустарнике, даже в лесу, и немецкие борзые вряд ли отличаются особенною резвостью, так как Solofanger, ловящие зайца (русака) в одиночку, считаются большою редкостью. Обыкновенно одна из собак приучается не давать другим рвать зайца и приносить его в поноске хозяину. Лисиц травят большею частию по пороше, обыкновенно во время течки.

 

В Венгрии, несмотря на все благоприятные условия для травли, охота с борзыми никогда не процветала и, по-видимому, сделалась известною только после завоевания турками Балканского полуострова, через молдаван и валахов, заимствовавших ее у турок, крымских татар и отчасти поляков. В современной Румынии до сих пор крестьяне охотятся со своими вымесками польских хортых с вислоухими восточными борзыми на зайцев, заганивая волков более сильными выборзками. Но вообще на Балканском полуострове травля борзыми производится магометанами — татарами Добруджи, выселенцами из Крыма, турками и потурчившимися боснийскими бегами, т. е. дворянами. У последних до сих пор сохранились и брудастые борзые. Но начиная с 50-х годов, псовая охота, составлявшая прежде любимое занятие турецких беев и офицеров, после смерти султана Махмуда, страстного любителя травли, особенно с войны за освобождение Болгарии, пришла в сильный упадок и местами вовсе исчезла.

 

Великобритания — единственная страна Западной Европы, где борзая всегда была многочисленна, пользовалась большим почетом, имела постоянное применение, где она удержалась в наиболее чистом виде с древних времен до наших дней, где, наконец, быстрота ее всегда стояла на первом плане. Огромные и могучие брудастые собаки употреблялись для охоты на сильных зверей, сначала кабанов, потом только волков и, наконец, только на оленей. Менее сильные, но более быстрые хортые борзые служили здесь всегда едва ли не исключительно для ловли одних зайцев. Но история охоты в Англии тесно связана с историей английской и шотландской борзых, так же как история псовой охоты в России есть история псовой собаки. Те и другие собаки требуют поэтому отдельных, подробных исследований.

 

Из этого краткого очерка видно, что, за исключением Англии, Турции и России, травля борзыми в Европе нигде и никогда не занимала первенствующего положения в ряду других охот. Причин тому очень много, и перечислять их здесь считаем излишним, даже неуместным. Главная же заключается теперь в дробности земельных участков. Псовая охота требует простора, который на Западе можно найти только в обширных владениях английских лордов. Притом надо иметь в виду, что самостоятельная охота с борзыми без гончих, т. е. внаездку, требует более или менее ровных, открытых и незагороженных полей и лугов. Вот почему охота с парфорсными гончими как лесная до сих пор еще удержалась во многих странах, хотя с первого взгляда она требует еще большего простора и может чаще давать повод к нарушениям прав землевладельцев.

Охота с ловчими птицами

 

 

В привольных и беспредельных степях юга и юго-востока до сих пор сохранилась кое-где охота на зайца с ловчими птицами, несколько напоминающая охоту с борзыми. Наиболее выносливой, сильной и ловкой среди ловчих птиц считается беркут. Охотники выезжают верхом, держа беркута в руке, одетой в кожаную рукавицу и опирающейся из-за тяжести птицы на осооую подставку. Глаза беркута закрываются колпачком; лишь только взбужен заяц, колпачок немедленно снимется. Беркут легко и быстро берет зайца. Места, где зайцев много,— а в степях их много почти повсюду,— охота протекает весело и приносит немалую добычу.

Охота на зайцев «котлом»

 

При особенном обилии зайцев устраивается охота «котлом». Та или иная открытая местность охватывается в этом случае замкнутым кругом («котлом»), в центре которого идут со свистками и трещотками несколько загонщиков, поднимая зайцев. Охотники стреляют их в угон, пропустив за линию круга.

 

Некоторые из упомянутых здесь охот на зайцев («котлом», нагоном, облавой) в наше время практически почти не применяются. Другие — с ловчими птицами, с борзыми, на засидках, в узерку — применяются лишь от случая к случаю, не имея систематического, массового характера. Как уже упомянуто, самой массовой и самой любимой охотой остается ружейная охота на зайцев с гончими.

Календарь

 

Январь.Русаки держатся часто около жилья, беляки — в осинниках, изредка в садах. На юге начинается течка (русаков). Охотятся по следу и на приваде (на гумнах). Охота с нагоном.

 

Февраль.Ранние пометы в более южных местностях (у русаков). Стрельба нагоном около жилья.

 

Март.В центральных областях первый помет (настовики). Линька.

 

Апрель.На юге в конце месяца второй помет (русаков); на севере — первый (у беляков). Вылинивают в средних областях в начале или в первой половине; в северо-восточных и более северных — чаще в конце.

 

Май.Котятся во второй раз (колосовики).

 

Июнь.Держатся в мелколесье, опушках, оврагах и в хлебах (особенно русак). В конце месяца на юге третий помет русаков.

 

Июль.Держатся около полей; с началом уборки переселяются в лес (до листопада) или в луга. В начале месяца третий помет в центральных областях. Стрельба с подхода. В конце месяца иногда охотятся с гончими.

 

Август.Во второй половине на севере последний помет (листопадники) у беляков. Держатся около полей, на опушках и (русаки) по межам. Со средины или конца месяца охота с гончими, борзыми и облавой.

 

Сентябрь.В центральных областях третий помет (листопадники). Из леса переходят на опушки; русаки — на жнива, на межи и озими. В конце начинают линять. В Молдавии русаки, державшиеся все лето в кукурузе, по уборке ее перекочевывают в лес. Охота с гончими и борзыми, с загонщиками, с подхода и подкарауливание на озимях. В Польше начинается охота «котлом».

 

Октябрь.В более южных местностях бывает четвертый помет (ярыши). Держатся (русаки) сначала в полях, на озимях, потом на опушках; в конце (в средних нечерноземных областях) приближается к жилью. В северных и северо-восточных областях в первых числах встречаются совсем белые (часто старые беляки); в средних — старые вылинивают не ранее как к средине месяца, часто во второй половине. Молодые белеют 2—3 неделями позднее. Охота с гончими и борзыми, с облавой. Стрельба в узерку, позднее — выслеживание по порошам. Применяется ружейная охота на зайцев с гончими.

 

Ноябрь.Держатся (преимущественно русаки) сначала около озимей, гумен, в садах и огородах. В Астрахани собираются в большом количестве в дельте Волги по пескам и бурьянникам. Выслеживание по пороше и стрельба из засады по ночам (на приваде). Охота с облавой на лыжах. Травля борзыми внаездку.

 

Декабрь.Держатся русаки близ жилья; беляки чаще около лесных дорог. Охота та же, что и в ноябре.

Рецепты блюд из зайца

Жаркое из зайца

 

Для жаркого мясистые куски тушки зайца — задние ноги и седло — маринуют не менее суток. Мясо обсушивают, натирают солью и перцем и шпигуют тонкими брусочками сала. Складывают его в жаровню, добавляют свиной жир и ставят в горячую духовку на 20 мин. Обжаренные куски перекладывают из жаровни в кастрюлю для паштета. Оставшийся в жаровне сок остужают, удаляют жир и добавляют туда красное сухое вино. Выливают сок с вином в кастрюлю, где уже лежит мясо, и держат на слабом огне до готовности еще 15—20 мин. На 1 —1,5 кг мяса: 150—200 г свиного жира, 1 стакан красного сухого вина.

Паштет и жаркое из мяса зайца

Для паштета мясо не маринуют. Передние ноги, ребра и шею вместе со свиным салом, нарезанным кубиками, кладут в кастрюлю, вливают туда красное сухое вино, добавляют очищенные зубчики чеснока, лавровый лист и варят около 45 мин без соли. Потом мясо остужают, отделяют от костей и вместе с вареным салом пропускают два раза через мясорубку. Добавляют в фарш соль, молотый черный перец, натертую на терке цедру лимона или апельсина, толченый мускатный орех и зубчик чеснока, растолченный в ступке.

 

Дно миски выкладывают тонкими ломтиками сала, на них кладут фарш, а сверху опять ломтики сала. Заливают примерно половиной того количества жидкости, в которой варилось мясо для паштета, накрывают фольгой и ставят «водяную баню» в горячую духовку на 1 ч. Снимают фольгу и верхние ломтики сала, заливают сверху растопленным сливочным маслом и ставят на холод. Охлажденный паштет украшают клюквой и зеленью.

 

На 250-300 г мяса: 100-150 г свиного сала, 1 стакан красного сухого вина, 1 столовая ложка сливочного масла, 3—4 зубчика чеснока, 1/2 чайной ложки натертой цедры лимона или апельсина, 1/4 чайной ложки толченого мускатного ореха. Соль, перец по вкусу.

НАЗАДОГЛАВЛЕНИЕВПЕРЁД

200x300 new

Яндекс-реклама

vazuzagidrosystem200x300(2)

downloadtv.net